– Ну, - протянул Зебровски, - отдам должное выносливости этого ублюдка, но стыд и позор, что надругательство над трупом не карается смертной казнью.

Брент поставил видео на паузу. Думаю, мы все были рады любому поводу сделать передышку.

– Сначала мы решили, что они просто переодевали ее. чтобы создать иллюзию течения времени, - сказал агент.
– Но затем заметили календарь на стене.

– Разве он там не для того, чтобы просто создавать уют?
– спросил Зебровски, обозначив пальцами кавычки.

– Никто не вешает календарь в спальне, если только это не единственная жилая комната, - ответила я.

– Точно, - подтвердила Мэннинг.
– Заметила что-нибудь?

– Месяц сменился, - ответила я спустя мгновение.

– Зомби разлагаются. Всегда. Этому правилу научила меня Анита. Не мог пройти целый месяц.

Она кивнула.

– Календарь не доказывает, что прошло так много времени. Мы думаем, они хотели показать своим клиентам, что сделали что-то уникальное.

– То есть душа, вернувшаяся в ее глаза, недостаточно уникально?
– спросила я, и мой голос вовсе не звучал нейтрально, как обычно на расследованиях. Не уверена, что я даже пыталась говорить нейтрально. Иногда просто не получается.

– Вы видели, - заключила Мэннинг.

– Мы оба видели, - поправил Зебровски.

– Вы тоже хотите сказать, что душа вернулась в ее глаза, сержант?

– Я не так поэтичен.

Мэннинг посмотрела на меня.

– Не думаю, что маршал Блейк поэтична.

Зебровски переводил взгляд с нее на меня.

– Кажется я что-то упускаю.

– Не переживайте, - ответил Брент.
– У нас ушли недели, чтобы понять это.

– Понять что?
– спросил он.

– Это было красивой метафорой, маршал Блейк?
– спросила Мэннинг.

– Нет.

– Тогда просветите нас, - сказала она, и что-то в ее тоне мне не понравилось. Это просто моя догадка, но, похоже, из-за своей реакции на этот фильм я стала более подозрительна для нее. Интересно, если бы не мужской голос за кадром управлял зомби, я бы изначально была их подозреваемым? Надеюсь нет, и так достаточно много людей считают меня абсолютным злом из-за моих способностей. Черт, католическая церковь отлучила нас, потому что мы занимались тем, что было дозволено только Иисусу - воскрешали мертвых. Согласно Библии, четверо из его учеников тоже могли это делать. По Папа Римский не счел сравнение поднимающих зомби язычников с учениками Иисуса таким забавным.

– Ее душа, ее личность, называйте как хотите, похоже заключена в ее теле. Вы не можете поднять мертвеца из могилы, пока его душа все еще находится здесь, - ответила я.

– И как вы можете объяснить это?
– спросила она.

– В начале первого фильма она была просто восставшим мертвецом. Ее глаза были пусты. Но затем, перед первой секс-съемкой, что-то изменилось.

– Что?
– уточнила Мэннинг.

– В штате ФБР теперь числятся ведьмы и экстрасенсы, должен быть хоть один аниматор. Что они сказали?

– Ничего, - ответила она.

Брент кивнул.

– Они все увидели то же, что и вы. Но никто и предположить не смог, как этого добились.

– А вы знаете как?
– спросила Мэннинг.

Я кивнула.

– Я видела это однажды.

– Скажите нам имя, это может быть наш парень, - сказал Брент, все надеялись найти зацепку.

– Это женщина, и она умерла, - сказала я и добавила: - Надеюсь, что умерла.

– Назовите имя, мы хороши в розыске людей, - сказала Мэннинг.

– Доминга Сальвадор. Она была сильнейшей жрицей вуду на Среднем Западе.

– Она пропала после того, как бросила вам вызов.

Я удивленно вскинула брови, посмотрев на Мэннинг.

– Бросила вызов? Вы о том случае, когда она послала в мою квартиру зомби-киллера, чтобы убить меня? Если это называется «бросить вызов», тогда ладно.

– Некоторые из местных сотрудников правоохранительных органов думают, что вы убили ее при самообороне.

– Местные правоохранительные органы не доверяли мне, пока у меня не было значка.

– Я тебе доверял, - вставил Зебровски.

Я улыбнулась ему.

– Я тебе нравилась, но не уверена, что вызывала доверие.

Он ухмыльнулся и похоже задумался.

– Не помню точно. Но знаю, что еще задолго до получения значка, ты доказала мне все, что должна была.

– Ой, ну прекрати, Зебровски, не заставляй девушку краснеть.

Он широко улыбнулся и протянул мне кулак, о который я мягко стукнула своим.

– Хорошая попытка, сержант, - сказала Мэннинг.

– Не понимаю, о чем вы, агент, - ответил он.

Она скривила губы, и выражение ее лица ясно давало понять: она догадалась, что он делал.