Но есть и еще одна новость, и это моя последняя надежда. Мне написал мракоборец, о котором я тебе уже не раз рассказывала — Джералд Рид. Он сообщил, что ищет стражника, пославшего в отца то страшное заклинание, и уже понял, где его можно найти. Если все так, то у отца есть шанс на спасение. Я верю в мистера Рида, он хороший человек. Видит Мерлин, я не знаю, по какой причине он так добр к нам, но он — наш последний шанс.

И еще, мистер Рид считает, что если излечить отца будет невозможно, то мы должны обратиться в Министерство и в Визенгамот с вопросом о пересмотре приговора. Но это уже на крайний случай.

Драко, я очень рада, что ты делаешь успехи и скоро сможешь ходить. Это те радостные вести, которые дают мне силы держаться.

С любовью, мама

— Черт, — процедил я сквозь зубы, дочитав.

— Что там? — спросил Алекс, кладя в книгу закладку.

Я протянул ему письмо и, сложив руки на стол, уронил на них голову.

— Что будешь делать? — Алекс дочитал и придвинул ко мне исписанный пергамент.

— Не знаю, — простонал тихо я.

— Есть ведь люди, готовые помочь твоей семье.

— Это уже не семья, — грустно сказал я.

— Ты драматизируешь. Драко, бывает и хуже. Ты должен держаться и быть сильным. Хотя бы ради твоей мамы, — серьезно сказал Алекс.

— Знаю, — кивнул я и замолчал. Говорить было не о чем. Алекс вздохнул и уставился в книгу.

Настроение упало до нулевой отметки. С большим трудом дождавшись окончания нудной истории магии, я еле заставил себя отправиться на следующее занятие — зелья. Несмотря на то, что это был мой любимый предмет, сейчас я не хотел ничего делать и кого-то видеть или с кем-то разговаривать. Алекс и Амелия, похоже, поняли мое состояние и не трогали меня, просто стараясь находиться поблизости.

После окончания занятий я решил не идти, как обычно, в библиотеку, а отправился в свою комнату. Улегшись прямо в мантии на кровать, я закрыл глаза и начал глубоко и размеренно дышать, приводя свои мысли в порядок.

Не знаю, сколько я пролежал так, но спустя какое-то время в комнату пришел Райт. Выглядел он сегодня еще более непривычно, чем обычно. В его взгляде читалось торжество. Усевшись на свою кровать, он записал что-то на пергамент, который перед этим достал из кармана, и рассмеялся истеричным смехом. Я впервые слышал, как Хэролд смеялся, и надо отметить, это было жутковато.

— Эй, все в порядке? — окликнул я его.

Он вздрогнул и тут же замолчал, похоже, он даже не заметил моего присутствия, пока я сам себя не обнаружил.

— Замолчи! — только и сказал он и быстро спрятал свой пергамент обратно в карман мантии. И снова издал смешок. — Лучше не бывает, — пробормотал он тихо.

Я очень сомневался в истинности его последней фразы. Мне стало как-то не по себе. Очень неприятное ощущение осталось от всей этой сцены.

Райт еще минут пять повозился с книгами и пергаментами, а потом спрятал все в свою тумбочку и ушел, вероятно, на ужин.

А я никуда не пошел, решив, что иногда полезно побыть и голодным. Уныло сделав все необходимые физические упражнения, я лег спать. Естественно, мне снилась Гермиона, без которой я ужасно скучал.

*

В пятницу, когда стало ясно, что ситуация никак не изменилась, я понял, что если не отвлекусь от своих мрачных мыслей, то точно сойду с ума.

Алекс, я и Амелия сидели в библиотеке, работая над эссе по зельям. Я не справился даже с половиной, а вот мои друзья уже почти все доделали и теперь негромко переговаривались между собой.

— В “Сладкое королевство” сначала? Или в “Три метлы”? — донесся до меня голос Алекса.

— Не знаю, — ответила Амелия. — Я вообще хотела сперва в книжную лавку зайти.

— Отличная идея! Только тогда давай постараемся там сильно долго не задерживаться, а то потом не найдем свободных столиков в “Трех метлах”. Большинство же точно сразу туда ринется, — хмыкнул он.

— Тогда, может быть, как ты предложил? Сначала посидим попьем сливочного пива, а потом уже пойдем за книгами и сладостями? — спросила она.

— Хорошо, — согласился Алекс. — В любом случае, нам будет весело.

— Это точно, — протянула Амелия.

— Может, хватит уже? Вы не даете мне сосредоточиться! — проворчал я.

— Извини, — нахмурилась Амелия.

— А что тебе не нравится? — спросил Алекс.

— Да все! — повысил я голос и заработал укоризненный взгляд и деликатное покашливание мадам Пинс. — Я из-за вас не могу нормально работать, — уже тише проговорил я и от досады бросил перо на стол.

— Уверен, что это из-за нас? — спросил Алекс, приподняв брови.