— И чем же это? — саркастично спросила она.

— А это не важно, — ответил я.

— Может быть, это потому, что ты врешь? — сказала она.

— Вы опять? — спросил Алекс раздраженно.

— Снова, — проворчал я и повернул голову в сторону Дэвидсон. — У меня нет причин врать, не смей наговаривать на меня! А возвращаясь к теме ЗоТИ, никому не хочется попасться Куппер под руку, но, читая учебник, ты все равно ничего не решишь. Она найдет, к чему придраться. И если она переключилась на Райта, нам от этого только легче. Если, он конечно, перестанет выкидывать свои фокусы с молчанкой и не будет так ее злить. Скажи спасибо, что другие преподаватели у нас адекватные, и успокойся.

— Она меня уже достала просто. Я хочу поговорить о Куппер с профессором Флитвиком, может, он подскажет, что можно сделать, — сказала она, проигнорировав мои слова о лжи.

— Хорошо бы понимать, из-за чего она такая, — отозвался Алекс, забыв, что просил нас сменить тему. — Может быть, у нее были тяжелые времена?

— Здесь у всех преподавателей были тяжелые времена. Однако они не ведут себя как последние гады, — сказал я. — Ты посмотри на Грейнджер. Она столько всего пережила, а осталась замечательным человеком.

— А чего это ты вдруг вспомнил о профессоре Грейнджер, а? — спросила Амелия с хитрецой.

— Просто на ум пришло, — буркнул я, мысленно отвесив себе подзатыльник.

— Ты что-то явно скрываешь, Малфой, — сказала она. — Признавайся, — я промолчал, и она продолжила: — Хотя ты прав, она просто чудо. Самая молодая преподавательница Хогвартса, такая умная и справедливая. Я всегда хотела быть такой, как она.

— Для этого тебе надо перестать бояться Куппер, потому что Грейнджер еще и бесстрашная. Поверь, она никогда не боялась никого из преподавателей. Вопрос еще, не боялись ли они ее, — ухмыльнулся я.

— Заткнись, Малфой, — огрызнулась Амелия, но совсем беззлобно. Видимо, поняла, что я не сомневаюсь в ее уме и доброте.

— Может, пойдем уже? — спросил Алекс.

— Пойдем! Это ведь ты первый остановился, — сказал я.

— Куда сначала? — спросила Дэвидсон, когда мы наконец сдвинулись с места.

— Сперва в аптеку, а потом — в “Три метлы”, — сказал Алекс. — Согласна?

— Ага, — кивнула Амелия.

— Эй, а меня никто не спрашивает? — притворно возмутился я.

— Обойдешься, — сказал Алекс, и я фыркнул в ответ.

Мы передвигались не слишком быстро, особенно учитывая нашу внезапную остановку, многие уже давно обогнали нас и ушли далеко вперед, но все же до Хогсмида уже было рукой подать.

— Ребята, давайте вы отправитесь в аптеку, а я сразу пойду столик занимать, — предложила Дэвидсон. Она чуть ускорила шаг и тут же, вскрикнув, поскользнулась на неровной обледеневшей дороге. Алекс вовремя схватил ее за руку и не дал ей упасть на землю. Амелия слегка смутилась, но руку из его ладони убирать не стала.

— Хорошая идея, — согласился Алекс с ухмылкой. — Только тогда будь осторожнее.

— И книжку свою не потеряй, — поддел ее я.

— Спасибо, Алекс, — она тепло ему улыбнулась. — Буду ждать вас в “Трех метлах”, — неловко высвободив свою руку, она еще раз взглянула на Алекса, затем бросила беглый взгляд на меня и свернула немного в сторону, так как здесь дорога разветвлялась.

— Ну и когда ты уже собираешься приглашать ее на бал? — спросил я, когда мы с Амелией разошлись на достаточное расстояние.

— Если вы продолжите ругаться, то никогда, — сказал или, скорее, простонал Алекс. — Что на тебя нашло, Драко? Ты моей смерти хочешь?

— Извини, — я, как смог, изобразил покаяние, — я сегодня на нервах, а твоя девушка специально выводит меня из себя.

— Она пока еще не моя девушка, — сказал он.

— Ну, это вопрос времени, — отозвался я. — Ладно, я обещаю дальше себя вести примерно.

— Спасибо, — мрачно проговорил он. — Переживаешь из-за зелья? — задал он вопрос через некоторое время.

— И из-за него тоже, — сказал я уклончиво.

— Что-то еще случилось?

— Нет, просто Грейнджер поехала за ингредиентами в Лондон, а вечером нам предстоит искать самый трудный из них. И если мы с тобой облажаемся, то ей придется одной бродить по Темному озеру ночью. А там опасно, ты же знаешь. Хорошо, что я пошел с ней за рогом единорога, а то неизвестно, чем бы это все закончилось. Как подумаю об этом, аж мурашки по коже, — проговорил я быстро, пока не начал жалеть, что решил поделиться с Алексом.