– Кристиан, спустись ко мне, пожалуйста. Да. Здесь одна молодая леди… Нет, не к тебе лично… Тоже мне шутник.

Полицейский закончил разговор и положил трубку на место.

– Одну минутку, мисс.

Викторию чуть не трясло от волнения и нескончаемых переживаний, пока она стояла, дожидаясь того, кого вызвал дежурный. Когда к ним подошел полицейский лет тридцати, дежурный за перегородкой кивнул на девушку.

– Кристиан, эта девушка обратилась за помощью, но, похоже, она иностранка, едва говорит по-английски.

– Старший инспектор Моррисон, - представился полицейский, глядя на Викторию.
– Мисс..?

Он сделал паузу, ожидая, что она в свою очередь назовет имя. Она продолжала молчать, ощущая некоторую неловкость от общения с полицейскими.

– Ладно, давайте пройдем в кабинет.

Вика двинулась следом за инспектором Моррисоном на второй этаж в небольшой кабинет, где стояли стол, два стула, небольшой диванчик у стены и шкаф, погребенный под стопками папок и бумаг. На окнах были подняты пластиковые жалюзи.

– Присаживайтесь, мисс, - доброжелательно сказал он, показав на стул, стоящий перед столом.

Она присела на краешек сидения, сцепив вместе пальцы рук. Полицейский сел тоже напротив нее за стол, чтобы вести разговор на равных.

– Как вас зовут?

– Виктория… Виктория Кленова. Я хочу сделать заявление, - быстро проговорила Вика и запнулась, не зная, как правильнее сказать то, что хотела сказать.
– Меня похитили, - выпалила она, слегка подавшись вперед.

– Мисс Кле-нова, правильно? Вы можете сказать то же самое по-английски? Или, возможно, по-французски? Нет? Как же тогда быть?

Инспектор задумчиво забарабанил кончиками пальцев по столу, и в кабинет постучали.

– Уже работаешь, Моррисон?
– заглянув, спросила миловидная блондинка в полицейской форме.

– Да, знаешь, дел вот столько.
– Инспектор провел ребром ладони по горлу.
– Хорошо, что вы зашли, инспектор Грейс. Вы случайно не владеете русским языком?
– Он показал глазами на неподвижно сидящую Викторию.

Инспектор Грейс прислонилась плечом к дверному косяку, сложив на груди руки.

– Случайно, нет. Но вот в камере у нас сидит вчерашний дебошир. Он, кажется, не то русский, не то украинец. Хотя я не уверена, что он будет вести себя спокойно вне камеры.

– Ну что ж. Стоит попытаться. Приведи его, Кэссиди, будь другом.

Спустя пять минут женщина доставила в кабинет взъерошенного молодого человека, препирающегося с ней по-английски вперемежку с русскими словами.

– Послушайте, когда вы меня освободите? Честное слово, вчерашнюю драку не я спровоцировал…

– Будешь себя вести хорошо, отпустим, - пообещала инспектор Грейс.
– А сейчас просто посиди здесь.

Она кивнула на кожаный диванчик у стены. Вика настороженно смотрела на парня и женщину-полицейского, пытаясь понять, для чего они здесь. Инспектор Моррисон обратился к девушке:

– Ну, мисс Кленова, мы вас внимательно слушаем.

– А чего, мисс Кленова, ты русская?
– внезапно спросил по-русски развязным тоном парень. Вика чуть поморщилась.
– Тебя тоже задержали?

– Мистер Кравченко, угомонитесь.

– Ого, я уже мистер! Все-все, молчу.

У Виктории появилось странное впечатление, что происходящее сейчас похоже на сцену из фильма про полицию, отчего ей стало как-то не по себе.

– М-м… Меня похитили, и я очень бы хотела вернуться домой. Вы мне можете помочь?

– Переведите, пожалуйста, мистер Кравченко.

Тот, недоверчиво глядя на девушку, без пререканий исполнил просьбу. Инспектор Моррисон немного нахмурился.

– Вас похитили? Где и зачем?

– В… В России, - ответила Вика после того, как парень повторил вопрос на ее родном языке.
– А зачем, я не знаю.

– В таком случае, кто вас похитил?

– Какие-то люди в белых масках.
– Вика с надеждой посмотрела на полицейских.
– Вы мне поможете?

Инспектор Грейс в ответ на взгляд, брошенный на нее коллегой поверх головы брюнетки, еле заметно пожала плечами.

– То, что вы говорите, мисс Кленова, как-то странно, вы не находите?
– медленно сказал инспектор.
– Вас похитили неизвестные люди в каких-то масках по неизвестной вам причине…

– Но так все и было, - горячо сказала Вика, инстинктивно дотрагиваясь до своего кулона на шее.
– Вы думаете, что я все придумала?