– А ты уверена, Гермиона, что я смогу писать… этим?
– с сомнением спросила она.
– Я ни разу не писала пером.

– Да, знаю, что не очень удобно, особенно в первый раз. Но, может быть, у тебя получится.

Гермиона положила все на стол у окна.

– А сову можешь взять у Гарри или Рона.

– М-м… Ладно, спасибо.

– И еще… - Гермиона протянула Вике два каких-то прямоугольника.
– Эти фотографии тебе передали Сириус и Гарри.

– Какие фотографии?
– Вика взяла их в руки и ее глаза удивленно расширились.
– Но это же мы с Алисой. А эту фотографию я считала пропавшей почти три года назад.

– Три года назад?
– переспросила шатенка, не спеша уходить.
– Когда вы с Сириусом встретились в России?

– Откуда..? А… Ну да.

Вика присела на кровать, разглядывая снимки.

– Теперь я понимаю, куда она делась. Наверное, Сириус подобрал фотографию после того, как я… то есть мы с Алисой ушли домой. А на день рождения мы все равно попали, - негромко добавила она по-русски.

– Что?

– Ничего… Так, рассуждаю вслух. А эта фотография?

– Ее дала твоя подруга Гарри. На тот случай, если бы кто-то тебя увидел.

Вика вновь уткнулась в изображение улыбающейся Алисы рядом с ней. Она машинально кивнула, когда Гермиона попрощалась.

Письмо, которое Вика хотела адресовать Алисе, никак не составлялось. Вроде бы должно было писаться на одном дыхании, а нужные слова куда-то ускользали, подменяясь какой-то глупостью и банальностью. Еще Вика боялась просто испортить пергамент кляксами из-за неловких движений пером.

Спустя полчаса письмо было готово. Вика подождала, пока просохли чернила, потом все перечитала. Главное, чтобы в России поняли, что она жива-здорова и в безопасности.

“Дорогая Алиса!

Спешу тебя успокоить, что я в порядке, насколько это возможно после тех событий, что со мной произошли. Я очень скучаю по тебе и своей семье, также как, наверное, и вы по мне. Чтобы ты поняла, что я в безопасности, упоминаю вот такие имена: Гарри Поттер и Хелен Лоурейн. Помнишь их? Думаю, помнишь: о чем они тебе рассказали в тот день, ты явно никогда не забудешь. Хотела бы тебе написать, когда мы снова увидимся, только этого я и сама не знаю.

Помнишь того британца по имени Сириус, который спас меня три года назад? Так вот: он - крестный Гарри Поттера, и все твои подозрения должны исчезнуть. Да, знаю, все это кажется таким фантастическим, но, тем не менее - это правда.

Покажи письмо моим родителям: я обращаюсь прямо к ним: мама, папа, прошу вас не волноваться слишком сильно, в моем нынешнем положении есть положительная сторона - я почти выучила английский.

Кстати, Алиса, с почтальоном, который доставил мое письмо, ты можешь отправить ответ. Она, то есть он знает, где меня найти.

Ваша В.

P.S. Я вас всех очень люблю.

Для второго в жизни письма вроде было неплохо, хотя эпистолярный жанр для Вики всегда был проблематичен. Еще в школе за сочинения она получала трояки. Вот если нужно что-то нарисовать, ее фантазия становилась безграничной. Недаром же она работает в дизайнерской фирме… Работала…

Вика вздохнула и свернула пергамент тонкой трубочкой. Теперь нужна сова-почтальонка. Гермиона сказала, что можно попросить у Гарри или у Рона. Она и отправилась на их поиски. Впрочем, они не затянулись надолго. Парни нашлись по голосам, доносившимся из комнаты на третьем этаже. Вика осторожно постучалась в дверь. Почти сразу же в коридор выглянул Рон.

– Виктория?

– Привет еще раз.

В дверном проеме показался и Гарри. Его взгляд тут же переместился на свернутый пергамент, который девушка держала в руках.

– Я хотела письмо отправить, а Гермиона сказала, что у вас можно попросить сову.

– Без вопросов, - кивнул Гарри.
– Заходи и выбирай.

– У вас их много?
– подняла брови Вика, шагнув за порог.

– Нет, всего две, - сказал Рон.
– Пиг!

Вика окинула комнату быстрым взглядом и остановила его на вспорхнувшей со шкафа маленькой птичке. Она, что-то прощебетав, стала кружиться над головами всех троих.

– Да угомонись ты!
– цыкнул на нее Рон, пытаясь поймать птичку.

– Какая кроха, - умилилась Вика, наблюдая, как сова уворачивается от его рук.
– А где вторая сова?

– Хедвиг!
– На этот раз позвал Гарри, поднимая руку.

Раздалось хлопанье крыльев, и в следующую секунду на согнутую руку пониже локтя уселась белоснежная сова. Вика восторженно уставилась на эту красоту, которая в ответ мигнула янтарными глазами.

– Можно погладить?

Получив согласие, она протянула руку и коснулась белых перьев. На ощупь они оказались мягкими и нежными как шелк. Сова уркнула, возможно, так выражая удовольствие.