Целая компания подростков примерно одного возраста выбралась из кустарника перед Эмили. Все они держали перед собой палочки, но на их лицах была надежда, а не страх.

— Эмили, я Оливия, с Когтеврана, — сказала самая старшая из них, выступая вперед. Она тяжело дышала, на ней виднелись порезы, следы от ожогов, лицо обезобразил огромный разноцветный синяк, но выглядела она внушительно.

Эмили вгляделась в ее отекшее лицо и кивнула сама себе, узнавая. За спиной тяжеловесной Оливии сжались два паренька, кажется, с Гриффиндора и Пуффендуя, и еще одна похожая на маленького зверька девчонка — как ни странно со Слизерина.

Заметив взгляд Эмили, она виновато улыбнулась:

— Я начала встречаться с магглорожденным, — она кивнула вбок на одного из мальчишек, — и Себастьян Нотт приволок нас сюда.

Они, похоже, не врали и даже хотели помочь.

— Мы заметили тебя рядом с Малфоем, и я припомнила, что ты с моего факультета. Вместе будет проще, — сказала Оливия, нервно оглядываясь назад, откуда раздавались крики и слышался звук ломающегося кустарника. — Надо торопиться. Ты с нами или нет?

Подростки пританцовывали на месте в нетерпении. Но они хотели помочь, и было сложно не ценить этого. Может быть, это была ложь и подлая ловушка, но Эмили просто не могла позволить себе не поверить еще им. Это было бы слишком. Эмили медленно кивнула.

Она ошиблась. Ей все-таки было страшно, и она хотела разделить свой страх с кем-то еще. Впервые за многие дни она была среди своих.

Группой они бросились прочь, выставив палочки и дергаясь всякий раз, когда вблизи раздавался подозрительный шум. Никто из них не был создан для войны, и курсы ЗОТИ, вспоминаемые сейчас с немалой любовью, все равно не могли подготовить их к такому.

— Слушайте, — Эмили задыхалась от быстрого бега. — Не спрашивайте, откуда я знаю, но мне сказали, что те, кто попытаются покинуть лес, погибнут.

— И ты поверила?

— У меня были свои причины доверять этому источнику.

— А если мы не попытаемся, то что? — Джастин, один из двух парней, бежал рядом.

— Я не знаю, но так мы сможем сохранить жизнь.

— Жизнь в плену? — он скривился. — К черту! Лучше сдохнуть при попытке сбежать, чем…

Его прервал вой. Вой задрожал в листве деревьев, заполонил собой лес, пропитал отчаянием ночной воздух и разлился повсюду, словно река, прежде чем стихнуть. Они остановились все одновременно как вкопанные.

Эмили медленно, с ужасом подняла голову к небу. Выплывшая из-за облаков удивительно красивая сегодня, красная луна была такой круглой, будто кто-то обвел ее циркулем.

Полнолуние.

В Хогвартсе она всегда отсчитывала дни до полнолуния Ремуса, тревожась за его жизнь и рассудок. Но бесконечные дни, проведенные в плену, заставили ее позабыть об этом.

— Бежим! — заорала Оливия и бросилась в противоположную от источника воя сторону. Все прочие сиганули за ней.

Они бежали быстрее прежнего, несмотря на страшную усталость и каждый думал, что смысла в этом бегстве больше нет.

Оборотни.

Это хуже, чем смертный приговор.

Это приговор для надежды. Они посмели поверить, что у них была возможность сбежать. Только вот все этой было лишь плохой злой шуткой. Их разыграли.

*

Регулус трансгрессировал в Шервудский лес вместе со всеми. Мать заставила его присутствовать здесь. Он сопротивлялся сколько мог во все предыдущие года, но в этот раз Вальбурга была более чем настойчива. Она даже — невероятно! — пригрозила младшему и любимому сыну розгами.

Слышать от маменьки такое было настолько немыслимо и странно, что Регулус больше не размышлял. Он послушно собрался, надев свой лучший охотничий костюм, взял коллекционный нож, подаренный отцом на прошлый день рождения, и положил в кожаный переносной футляр палочку.

Трансгрессировал он с Беллой, которая заявилась жаркая, умопомрачительно красивая и до вульгарного раздетая на порог их дома. Она поцеловала Регулуса в губы вместо приветствия, когда Вальбурга отвернулась, и тот зарделся до самых ушей. Сердце пустилось в пляс и даже в животе, кажется, что свернулось жгутом.

Регулус, как и многие мальчики-подростки, ужасно боялся восхитительную безумную Беллатриссу, но в тайне от самого себя мечтал о том, как здорово бы было облизать ее бархатную кожу… В такие моменты он даже забывал про Нарциссу-почти-уже-Малфой.

— Регулус? — его окликнул Эйвери. — Задумался о чем-то?

Он снисходительно улыбнулся, проследив взгляд младшего Блэка, который упрямо притягивался к Белле раз за разом. На нее многие смотрели, но она ни на кого не обращала внимания. Королева без короля.