— Необходима любая помощь, мисс Грейнджер, — нетерпеливо отвечала профессор. Она снова опустила глаза в раскрытое письмо и нахмурила лоб.

— Но…

— Никаких “но”, мисс Грейнджер, — Минерва слегка повысила голос. Она сердито посмотрела на ученицу. — Вы сейчас же пойдете его искать. Это не просьба, — МакГонагалл немного склонила голову, внимательно глядя в карие глаза Гермионы. – А сейчас, прошу меня извинить, я очень занята.

***

Она шла по широким каменным коридорам Хогвартса в сторону Северной башни. Эта часть замка считалась неприступной для учеников, будучи темной, сырой и безлюдной. Гермиона уже минут двадцать ходила там, но не встретила ни одного человека.

Она не понимала, как можно было так спрятаться, что несколько старост и профессоров не могли отыскать Драко? Как будто у него была мантия-невидимка.

Гермиона прошла несколько коридоров и поворотов, пока не услышала чье-то приглушенное дыхание. Она тихо, подкрадываясь на носочках, подошла к двери.

Гермиона положила ладонь на холодную ручку и зажмурила глаза. Если он действительно находится там, то явно не обрадуется ее неожиданному визиту. Он сбежал ото всех, а тут еще и она пришла.

Гермиона ругнулась про себя. Конечно! Кто, как не она, должен был отыскать его?

Простояв так несколько секунд и решив, что весь этот бред нужно выкинуть из головы, она все же толкнула дверь, и та послушно отворилась.

Драко сидел на полу в заброшенном классе, облокотившись спиной об огромный шкаф из черного дерева. Пряди платиновых волос спадали на бледное лицо. Тени падали на него, отчего синяки под глазами казались темнее, а складки на лбу отчетливее. Белая рубашка и штаны выглядели помятыми. Он сидел согнувшись. Драко скукожился, хотя всегда следил за каждым своим движением, как и подобает аристократу.

Гермиона никогда не видела его таким разбитым. Малфой будто превратился в другого человека.

Он провел так много часов, думая о родителях, в особенности о матери. О том, что будет дальше. Как мать будет бороться с ядом, а врачи помогать.

Тело затекло оттого, что Драко просидел в одной позе несколько часов. Кажется, если бы он попытался сейчас встать, то ноги просто не выдержали бы.

Если бы у него была возможность, то он сбежал бы из этой проклятой школы куда угодно, лишь бы не находиться в этом идиотском помещении среди толпы учеников.

Но Драко все же было спокойно здесь. Класс был почему-то заброшенным. Стояли три парты, перевёрнутые, сломанные стулья валялись повсюду. Открытая форточка раскачивалась взад-вперед, пропуская холодный ветер. С потолка периодически слетала стружка на голову. Когда что-то случалось, или ему просто докучал весь мир, Драко всегда приходил сюда, прячась за этими толстыми старыми стенами.

Он услышал чьи-то приглушенные шаги. В дверном проеме стояла девушка, которую он хотел видеть меньше всего на свете. Это была тупая Грейнджер.

Опять, что ли?

Почему даже сейчас, когда ему так плохо, пришла именно она?

— Грейнджер, что ты тут забыла?! — ровным голосом спросил он, резко поднявшись.

В его глазах мелькали огни ненависти. Он не был холодным как обычно, нет. Не равнодушным, не презирающим. Он был в ярости, причем в такой степени, что Гермиона подалась назад, наткнувшись на дверь.

— Убирайся отсюда.

Гермиона стушевалась, читая в его глазах всю ярость и ненависть. Но вестись на его провокации она не собиралась.

Драко сжал пальцы в кулак, кожа которого тут же покраснела от напряжения. По его лбу скатилась струйка пота.

Как же она его заебала. Эта тупая дура, которая считает, что может когда угодно лезть к нему в душу.

— МакГонагалл сказала… — монотонно начала Гермиона, опасаясь, что разозлит его еще больше. Она коснулась пальцами дверной ручки.

— Да мне плевать! – неожиданно крикнул он. – Мне плевать, что она там сказала! Ясно?

Гермиона зло посмотрела в его сторону. Никто не имел права разговаривать с ней так.

— Нет, мне не ясно, Драко! — подбородок гордо взлетел вверх.

Он подошел чуть ближе, и Гермиона с недовольством проследила за его движением. На его лице читались все эмоции, которые он, кажется, уже не контролировал.

Он сделал еще один шаг в ее сторону.

Стук каблуков отдавался эхом в ее голове.

Гермиона больше не могла смотреть в его покрасневшие глаза. Пальцы сильнее вцепились в ручку.

Она боялась его. Именно сейчас, как никогда прежде. Девушка видела вздутые вены на его руках, красную шею и побелевшие пальцы, что сжимали палочку.