— Скажи мне, — повторил я, добравшись до ее рта.

— Я твоя, Алек. Только твоя.

Этих пяти великолепных слов было достаточно, чтобы подтолкнуть меня к завершению.

— Ты близко, малышка? Я не могу больше сдерживаться, — мне нужно было, чтобы она снова кончила, и я прилагал все усилия, чтобы исполнить это.

— Да, очень близко, — она закрыла глаза и вновь подстроилась под мой ритм, подводя себя к скорому освобождению.

— Посмотри на меня, Сара. Я хочу видеть, как ты кончаешь на мой член. Я хочу почувствовать эту пульсацию.

Ее глаза мгновенно встретились с моими. Она запуталась пальцами в моих волосах, и когда оргазм пронесся сквозь нее, она со всей силы потянула их. Небольшая боль прошла сквозь меня, но это была самая восхитительная боль, которую я когда-либо испытывал.

— Я чувствую, как ты пульсируешь вокруг меня, — простонал я. — Я не могу больше сдерживаться. Я скоро кончу!

Еще несколько толчков, и я опустошил себя внутри нее, ее стенки выжимали из меня каждую волну удовольствия.

Восстановив дыхание, мы лежали несколько минут, не двигаясь и ничего не говоря. Мои тяжелые конечности навалились на нее. Я приподнялся и скатился, стянув презерватив и выкинув его в ближайшее мусорное ведро.

— Ты в порядке? Я был слишком груб? — я был искренне обеспокоен, что потерял контроль и причинил ей боль.

— Нисколько. Это было замечательнее, чем я, возможно, воображала. На самом деле.

Стоит ли говорить, что я был доволен ее ответом.

— Я не могу выразить, как счастлив, что ты выбрала меня своим первым, Сара. И, надеюсь, последним. По крайней мере, это касается меня, — я не смог удержаться, я хотел это произнести.

Судя по ее лицу, она была явно шокирована.

— Я серьезно. Мысль о любом другом мужчине, дотрагивающимся до тебя, сводит меня с ума. Я даже не хочу думать о том, что сделаю. Ревность — это ново для меня. Но с другой стороны, я никогда не чувствовал ничего подобного к любой другой женщине, что чувствую к тебе. Надеюсь, это не пугает тебя, — я тайно надеялся, что сказал не слишком много. Или неправильные вещи.

— Нет, это не пугает меня, Алек.

Прошло несколько минут, прежде чем мы заговорили снова, и это было чистое мучение.

— О чем ты думаешь, милая? Ощущение, будто ты находишься в глубоких раздумьях, — я провел кончиками пальцев по ее плоскому животу, наслаждаясь ощущением обнаженной кожи. — Надеюсь, ты не сожалеешь о том, что только что произошло.

Она ответила не сразу, и это заставило меня понервничать, хотя мое лицо было нечитаемо.

К счастью, она быстро вытащила меня из моих страданий.

— Нет. Я не сожалею об этом ни секунды. Как ты можешь так думать? — по какой-то причине она избегала зрительного контакта со мной.

— Ну, я не знаю, как девушки чувствуют себя после секса. У них появляется замешательство по поводу того, должны ли они уехать. Или остаться.

Она повернула голову в мою сторону так быстро, что не свойственно человеку.

— Какого черта? Я не хочу слышать, как другие женщины вели себя после того, как ты занимался с ними сексом, — ее глаза вспыхнули от боли. — Ты пытаешься взбесить меня прямо сейчас? — скрестив руки на своей груди, она перевернулась, полностью отгородившись от меня.

Я любил, когда она злилась. Слегка усмехнувшись, я протянул руку, чтобы притянуть ее ближе, но она не сдвинулась с места. Отодвинувшись еще дальше от меня, она попыталась скатиться на другую сторону кровати.

Я поймал ее за руку прежде, чем она сбежала.

— Сара, иди сюда. Это не то, что я имел в виду. Я просто пытался сказать, что иногда слышал, как некоторые другие женщины во Вселенной чувствуют нечто подобное после секса. Вот и все. Ты можешь сказать мне, как себя чувствуешь, чтобы я не беспокоился и не расстраивался. Черт, сейчас я совсем запутался.

Она сделала глубокий вдох, прежде чем снова прижаться ко мне. Сара положила голову на мою грудь, и это удивительно успокоило мое сбивчивое дыхание. На секунду я подумал, что действительно облажался. Ее реакция немного отличалась от той, что я ожидал. Я обернул руку вокруг нее и притянул к себе, свободной рукой играя с прядями ее темных волос.

Кожей я почувствовал ее улыбку, и закрыл глаза. Мы, казалось, дышали одновременно и прежде, чем осознали это, провалились в глубокий сон.