– Да, – прохрипела я. Услышать собственный голос было как-то непривычно.

Джейн шмыгнула носом. На ее глазах проступили слезы.

– Сигюн...

– Где я? – прочистив горло, спросила я.

Каждое слово давалось с большим трудом. Я по-прежнему ощущала боль, но уже гораздо меньше. Она теперь была локализована в предплечье.

– Не волнуйся. Мы в Южном дворце, – пояснила Джейн.

Я нахмурила брови.

– Целительница Эйр настояла на том, чтобы мы перевезли тебя сюда. Возле Южного дворца растут определенные травы, которые необходимы для твоего лечения. Мы хотели доставить их в столицу, но они быстро увядают. Половина саженцев завяла на половине пути, остальные же погибли от морозов. Растения не приживаются ни в одном другом месте.

– Сколько я проспала? – задала я самый важный вопрос.

– Неделю. Сигюн, ты ничего не помнишь? Мне казалось, что ты была в сознании.

Я отрицательно покачала головой.

Мама тяжело вдохнула.

– Сразу же после нападения фенке Локи доставил тебя во дворец. Ты потеряла много крови, и яд практически парализовал работу жизненно важных органов. Твое сердце совсем не билось, – начала мама, но запнулась.

Ее губы задрожали. На впалые щеки пролились первые слезы.

Я бросила всю свою энергию на восстановление памяти. Оставалось много белых пятен. Я смутно помнила дорогу до дворца. Сознание хранило убаюкивающий голос Локи, его сильные руки и тяжелое дыхание. Он нес меня по лесу и молил, чтобы я не прекращала с ним разговаривать. В какой-то момент я сдалась и заснула. А затем наступила тьма.

– Что же было потом?

– Целительница Эйр несколько часов очищала твою кровь от яда. Ты кричала. Так кричала. Все умоляла нас остановиться. Я думала, ты сорвешь голос. Неужели не помнишь?

Один пробел восстановлен. Я действительно вспомнила стерильную палату в лазарете. Освежила в памяти те муки, которые принесли мне процедуры. Жар собственного тела. Вспомнила метание по кровати, скрежет зубов и кровь во рту. Кажется, я прикусила язык.

– Но очищение не помогло. Ты по-прежнему умирала. Органы отказывали, сердце билось все реже и реже. Мы перевели тебе на искусственную вентиляцию легких, – постоянно всхлипывая, поведала мама. – В какой-то момент я подумала, что мы тебя потеряем.

Возникла короткая пауза. Джейн приходила в себя.

Недавние события вновь разворачивались у меня перед глазами. Картина складывалась удручающая. Вместе с воспоминаниями пришли и чувства. Тоска. Уныние. Безысходность. Казалось, я могла протянуть руки и потрогать эти состояния. Мне привиделась больничная палата, жужжащие и бренчащие аппараты, сотни медикаментов, протекающих по моим венам. Апатия.

– Ты балансировала между жизнью и смертью. Мы отчаялись. Я сидела возле твоей кровати и смотрела, как ты увядала. Никогда прежде…

Мама запнулась, тяжело вздохнула, сдерживая новые потоки слез, а затем продолжила:

– Затем Эйр предложила перевести тебя в этот дворец. Она знакома с местным целителем, который вылечивает самые тяжелые болезни. И мы решились. Это очень рискованно и глупо, но это был наш последний шанс.

Я понимающе кивнула. Теперь ясно, откуда я в темноте услышала громкий монотонный шум. Видимо, меня перевозили на закрытом летающем судне. Они использовались крайне редко, только для полетов на дальние расстояния.

– Квасир осмотрел тебя и подтвердил наши опасения. Твоя рана была тяжелая, к тому же ты подхватила воспаление легких. Все это наложило отпечаток на твой иммунитет. Ты была слишком слаба, чтобы бороться с ядом самостоятельно.

– Вольштагг. Что с ним? – вдруг вспомнила я про рыжеволосого воина.

– Нет, дорогая, его не укусили. Он просто наткнулся на острую корягу в битве. Рана уже зажила. Все в порядке, – успокоила меня мама.

Я шумно выдохнула, продолжая изучать свои пальцы на руках. На костяшках все еще виднелись синяки и ссадины от сильных ударов. Я лупила кулаком, пытаясь разбить ледяную гробницу.

– Что теперь будет со мной? Вам удалось удалить яд из тела?

Джейн кивнула.

– Но потребуется несколько недель, чтобы твой организм восстановился полностью. Будешь принимать лекарство, усиленно питаться и дышать соленым воздухом, тогда быстро пойдешь на поправку.

Мы обменялись с мамой радостными улыбками.

Тем временем в комнату постучали. Дверь отворилась. В спальню прошла целительница Эйр и лучезарный Тор.

– Папа, – прохрипела я.

– Очнулась, – на выдохе произнес громовержец и подошел ближе к постели. Он присел на край и вложил мою исхудавшую руку в свои теплые большие ладони.

– Как себя чувствуете, Ваше Высочество? – поинтересовалась Эйр наигранно-официальным тоном.

– Намного лучше, – храбрилась я.

На самом же деле все было не так жизнеутверждающе и оптимистично. Боль в предплечье никуда не делась. Она накатывала волнами, заставляя морщиться и стискивать зубы от мучительных приступов. Я задыхалась. Такое впечатление, что в легких еще осталась ледяная вода, только теперь она нагрелась от внутренней температуры моего тела и превратилась в кипяток. У меня по-прежнему путалось сознание. Чувствовался сильный жар, сухость во рту, и меня периодически бил озноб.