— Её убил Сивый! А Сивого привел мой брат, потому что искал меня, значит и я виновата?! Ты ни в чем не виноват, Вог, — проговорила Роксана уже тише. — Слышишь?

Какое-то время Мирон смотрел на неё, скептически выгнув губы, а потом хмыкнул и снова принялся бродить в темноте, потирая белые ладони, беззвучный и невесомый как тень.

Внезапно он остановился и оглянулся.

— Почему Малфой искал тебя?

Роксана растерялась.

Глаза Мирона вдруг страшно загорелись, замаслились смолой, он шагнул, исчез из поля зрения и вдруг появился у Роксаны прямо за спиной и схватил её за плечи.

— Ты снова что-то натворила? — Роксана дернулась с непривычки и раздраженно вздохнула. — А?

— Да. Сбежала из дома. Вог! — Роксана дернула плечом.

— Опять? — разочарованно бросил он, отпустив её плечи и обошел стол, возвращаясь к разглядыванию директоровского имущества. — Что на этот раз? Испачкала ковер в гостиной? Нагрубила любимой бабушке? Разбила фамильную... — он тронул какой-то инструмент и тот попытался цапнуть его за палец. Мирон отдернул руку.
– ...тарелку?

— Угадал, — серьезно кивнула Роксана и затянулась так, что сигарета заскрипела.

— ... а когда мы побежали к мотоциклу, она высунулась из окна и давай стегать нас чарами. Мы еле ноги унесли. Она думала, уже связала меня по рукам и ногам в этом сраном Нотт-мэноре, — Роксана щелкнула пальцами. — А Блэк взял и увез меня.

Они с Мироном сидели на полу у камина, лицом к лицу. Мирон прислонялся спиной к полке, Роксана смотрела в огонь, Мирон смотрел на неё. Он не проронил ни слова в течение всего её рассказа, но теперь его губы дрогнули и он протянул жутко издевательским тоном.

— Да он просто чудо.

Роксана хвастливо улыбнулась и Мирон легонько толкнул её ногой. Она толкнула его в ответ.

— И в чем же соль, Рокс?

— Не знаю, — она весело пожала плечами. — Наверное мне нравится думать, что если я когда-нибудь захочу убежать куда-нибудь, убегу не одна. С ним я бы убежала куда угодно, понимаешь?

— А со мной?

Роксана удивленно оглянулась.

— Что — с тобой?

— Если я предложу тебе убежать, уехать со мной. Уедешь?

Роксана растерялась.

— Ты... не предлагал? В октябре ты сам сказал, что не хочешь...

— Забудь. Я предлагаю сейчас. Поехали со мной, Рокс.

— Куда поехали? — ещё больше растерялась она.

Мирон вздохнул, как будто собирался с духом.

— Через несколько ней мы с Олив и Доном уезжаем из страны.

Полено в камине треснуло, глаза Роксаны расширились.

— Чт...

— И там, куда мы собираемся, нас точно никогда не потревожат Пожиратели, — теперь он говорил быстрее. И отводил взгляд. — Олив нужно время, чтобы свыкнуться с собой и новой жизнью, Дону нужен наконец нормальный дом, а мне нужен покой. Покой, безопасность и место, где я смогу наконец выходить на улицу, не опасаясь, что кто-нибудь узнает меня и воткнет мне кол в спину. Я устал. Мне нужно исчезнуть. И тебе тоже это нужно, Рокс. Вряд ли твой брат сложит оружие, ты зачем-то ему нужна. Им нужна.

— Ты уезжаешь... насовсем? — перебила она.

— Да.

— А как же я, Мирон? — в ужасе прошептала Роксана, вцепившись в свои коленки.

Вампир нимало удивился.

— Я и зову тебя с собой, разве нет?

— Зовешь? — Роксана усмехнулась. — С тобой и Олив? Я не поеду с вами, Вог, — она покачала головой и встала с насиженного места.

Грудь сдавило, казалось ещё чуть-чуть — и она заревет, как маленькая, бросится к Мирону и будет по-детски умолять его остаться.

— Это будет правильно, Рокс, — Мирон тоже поднялся и неслышно подошел к ней. Она встала у окна, обхватив себя руками.

— Ты не принадлежишь этому месту, разве ты не говорила, что чувствуешь себя чужой? — его руки легли ей на плечи, губы зашептали у самого уха. — Мы ведь мечтали об этом, помнишь? Убежать, как можно дальше...

Роксана пялилась в просвет между шторами, когда вдруг поймала себя на том, что беззвучно повторяет вслед за ним.

— ...туда, где нет карцеров, туда, где мы будем свободны. Заниматься музыкой. Петь. Теперь это реально. Я собираюсь возродить группу. Начать всё с начала. Ты снова нужна мне на клавишных, — сердце все-таки дрогнуло. Мерлин, сколько лет она ждала этих слов? — Ты ещё помнишь, как это было? — он обнял её, Роксана машинально переступила с место на место и его ладони скользнули по её животу. Он прижался к её спине и негромко забормотал на ухо:

— You can’t trust a cold blooded man…

Роксана закрыла глаза.

Теперь хотелось рыдать уже по-настоящему.

— ...girl, don’t believe in his lies…

Она вспомнила свои воющие, пустые ночи в слизеринских подземельях, вспомнила, как ей хотелось, чтобы Мирон оказался рядом.

Её рука сама нашла его ладонь, лежащую на её животе, и крепко сжала.

Мирон немного двигался, как будто пытался расшевелить, растанцевать её, и она поддавалась ему, а когда почувствовала растущее возбуждение, мозг тут же услужливо подсунул ей Сириуса.