— Буду через два часа. Парней брать? — Вопрос, заданный в момент открытия двери, разбудил волка

— Нет, но обрисуй ситуацию.

— Как скажешь. — Кивнула она.

Спустя полчаса после длительных уговоров на повышенных тонах, где Тсунаеши приводила в качестве аргументов свою интуицию, знания Верде, она смогла уехать одна.

За прошедший месяц, с момента их последней встречи ничего не изменилось. Тихая идиллия жизни в горном лесу. Стройные деревья, шепот ветра в листьях, шорох воды по гальке. Разве что серый вертолет семьи Джиглио Неро не вписывался в общую пасторальную картину.

— Спасибо, что приехала. — Произнес Верде, как только девушка переступила за порог дома.

— Не за что. Для меня в радость тебе помочь, сам знаешь. — Ответила Тсунаеши, ласково улыбаясь и трепля по голове взрослого ребенка с зеленой шевелюрой. Он забавно сморщил нос, но ничего не сказал, наслаждаясь немудреной лаской.

— Тсунаеши! Рада тебя видеть. — Воскликнула Юни, выходя из кухни.

— Взаимно Донна Джинглио Неро. — Аркобалено Неба поморщилась при этих словах и задорно предложила, почему-то проникаясь доверием к этой девушке.

— Давай без формальностей, просто Юни, все же я не на много младше тебя! — Гамма, всегда сопровождающий босса за пределами резиденции, удивленно посмотрел на девочку.

— Как скажете, Юни-сама. — Задорно подмигнула Тсунаеши, припоминая японские традиции.

— Ладно. Давай так. — Покорно согласилась Джинглио Неро, невольно считывая легкий задор собеседницы.

— Расслабьтесь, девочки! — Резкий голос окликнул странную композицию в коридоре. — Рад познакомится со столь нашумевшей леди, Тсунаеши! — Молодой пепельноволосый парень не обратил ни капли внимания, ни на посеревшую Юни, ни на наставленный пистолет Гаммы, ни на обескураженного Верде. Он поклонился Тсунаеши и резво схватил её под руку. — Позволь представиться, Шаман Кавахира, эти люди зовут меня Шахматоголовый. — Он куртуазно поцеловал запястье напрягшейся Инганноморте и аккуратно взглянул ей в глаза.

Девушка расслабилась, и задумчиво забрала свою руку, анализируя поступившую информацию и предложение о личной встрече, одновременно советуясь с интуицией, что одобрительно гудела на грани сознания.

— Приятно познакомится, мое имя вы знаете. — Однако никакие размышления не могли заставить Тсунаеши забыть о легкой форме этикета, что въелась в подкорку мозга со времен Эстранео.

— Что же, в таком случае, пойдем, поговорим? — Чувствовалось, что парень в нетерпении, он нервничает и явно обеспокоен возможным отказом.

— А почему не здесь? — Вклинился в резко укатившую куда-то не туда беседу Верде, искренне переживающий за подопечную.

— Тсунаеши, ты хочешь чтобы мы разговаривали здесь? — Уточнил Кавахира.

— Нет. — Решительный ответ, подтвержденный одобрительным треньком интуиции и картинкой любимого утеса. — Пойдемте в лес, там красиво, я покажу вам одно место. — Спокойно произнесла Тсунаеши и послала волну уверенности в хорошем исходе Верде.

— Хорошо. — Расслабленно согласился пепельноволосый и ушел за девушкой.

— Мы пришли. Рассказывайте. — Тсунаеши спокойно уселась на аккуратный камень и предложила Кавахире занять место чуть правее.

— Что ты знаешь об аркобалено? — Занимая предложенное место, спросил пепельноволосый.

— Это семёрка сильнейших детей, каждый из которых носит пустышку одного из цветов радуги, хранители Три-ни-сет.

— Все?

— Почти, остальное бездоказательно.

— Понятно. Что же, в таком случае, позволь кое-что тебе рассказать. Три-ни-сет — это система, давшая толчок развитию жизни на Земле, поддерживая баланс жизненных сил. За эти кольца и пустышки я несу ответственность и пойду на все, чтобы защитить эту силу. Тем не менее, изначально Три-ни-сет имели форму семи камней, которые хранил мой народ, и со временем были обращены в пустышки. Но когда Шаманы начали угасать, обязанность заботиться о Три-ни-сет, от которого в дальнейшем отделились Кольца Вонголы и Маре, легла на плечи людей. Кольца Вонголы были отданы Джотто Сепирой, предпоследним Шаманом, оставившей себе на сохранение кольца Маре. И, конечно, пустышки Аркобалено принадлежали Аркобалено.* Но остался один осколок камня, центральный. Он, скажем так, координирует действия остальных частей. Как-то так.

— И что вы хотите? — Решительно спросила девушка.

— Видишь ли, Тсунаеши, система не вечна. Рано или поздно она может сломаться и тогда миру наступит конец. То, что сделали с тобой в лабораториях, ужасно, работай Три-ни-сет нормально, у тебя не смогли бы не то что пробудить гены метаморфа, но даже выкрасть из-под наблюдения Вонголы. Но твое существование говорит только об одном, системе что-то нужно.

Кавахира перевел взгляд на горизонт. Наблюдая за течением темной воды, бликами солнца и перьевыми облаками.

— Просить Юни посмотреть на Три-ни-сет бессмысленно, если бы система хотела что-то передать через неё, она бы это сделала, а значит, нужен посторонний.

Тсунаеши задумчиво подняла взгляд к месту мнимого соприкосновения Неба и Моря и произнесла:

— Итак, вы хотите, чтобы я взглянула на систему. Каковы гарантии? И почему именно сейчас?

— Гарантий нет. Я не знаю, чего хочет от тебя Три-ни-сет, оно окончательное творение Сепиры, и я сам не всегда понимаю его намерения. Про время же, потому что я только сейчас смог на тебя выйти. Ты очень хорошо шифровалась, Тсунаеши.