— Давай двигать вместе, веселее будет, — предложил командир батальона.

— Мне бы артиллерию передать кому-нибудь.

— Не торопись, авось пригодится. Да, у меня есть два снайпера из гарнизона по охране мостов через Маныч. Возьмешь?

— С радостью.

Шведов с комбатом уточняли маршрут движения на Ставрополь, когда прибыли снайперы.

— Ефрейтор Бодров, — представился старший.

— Че, че, че? — с удивлением уставился на подошедшего Анатолий. — Еще раз повторите.

— Ефрейтор Бодров, — недоуменно повторил Николай Дмитриевич.

— А Сергей вам не родственник?

— У меня есть сын Сергей.

— Но он мне говорил, что у него отец — шофер.

— Совершенно верно. Это на войне я стал снайпером.

— Чудеса! Не отлучайтесь от меня далеко, как только появится свободная минутка, я вам расскажу о Сергее. Мы с ним вместе с весны, расстались всего несколько дней назад.

Однако поговорить с Анатолием Николаю Дмитриевичу на этот раз не удалось. Командир 19-й дивизии по каналам связи передал приказ штаба войск НКВД по охране тыла: роте Шведова с артиллерийской батареей, минуя Ставрополь, отойти на Невинномысск, где организовать службу войскового заграждения.

Изменение задачи заградотряду в районе Кавказа связывалось со сложной оперативной обстановкой в тылу фронта. Отходящие сюда войска НКВД часто привлекались для ведения боевых действий. Служба войскового заграждения была организована лишь на отдельных, наиболее важных направлениях, но этого оказалось совершенно недостаточно. Неконтролируемые потоки эвакуированных граждан, беженцев, неорганизованно отходящих людей в военной форме, преступники всех мастей, разбежавшиеся во время бомбежек конвоев заключенные, многочисленные транспортные средства с грузами и охраной волнами захлестнули Ставропольскую возвышенность, а затем весь Кавказ и осели там. Военный совет Северо-Кавказского фронта вынужден был выводить войска НКВД из боя и привлекать для наведения порядка в тылу. Для выполнения задачи использовались даже подразделения Красной Армии. Тем не менее меры оказались во многом запоздалыми. Проникнув в горы, преступный элемент в короткие сроки стал объединяться сначала в небольшие, а затем и в крупные бандформирования. Появились банды местных националистов, открыто выступающих против Красной Армии. Используя эти обстоятельства, немецкая разведка предприняла массовую заброску на Кавказ своей агентуры и диверсионных групп для руководства бандами, разведывательной и подрывной работы в прифронтовой полосе.

Рота Шведова была уже готова к маршу, когда поступила новая команда: действовать в качестве авангарда отходящих частей 37-й армии, не допустить внезапного нападения десантов противника и бандформирований на войсковые колонны. Автотранспорт и артиллерийскую батарею следовало передать полку 19-й дивизии войск НКВД, передвижение осуществлять пешим порядком.

— Удар ниже пояса, — возмущался политрук. — Автомашины нам самим нужны.

— Что бог ни делает, все к лучшему, — невозмутимо ответил командир. — Война научила меня сдерживать нервы, как бы резко ни менялись обстоятельства. Того и вам желаю.

— Но это же несправедливо! В политотдел буду докладывать! — искренне негодовал Лаховский.

— О чем? О решении старшего начальника? Лишь мы сами можем помочь себе в нынешних условиях. На это давай настраиваться.

Подошел крепкого телосложения старшина, представился командиром взвода автоматчиков. Смелый взгляд, загоревшее суровое лицо со сдвинутыми у переносицы бровями придавали ему вид человека, на которого можно положиться.

— Мне приказано отходить на Невинномысск вместе с вами, — доложил он. — Имею в строю тридцать автоматчиков, полностью вооруженных и экипированных для выполнения задачи.

— Видишь, политрук, нет худа без добра.

Вскоре к роте присоединились два отделения саперов во главе с младшим лейтенантом. Это они взорвали мост через Егорлык и теперь замыкали колонну.

Авангард под командованием Шведова шел вдоль берега неширокой, но быстрой реки. Слева возвышалось поросшее кустарником и высокой сочной травой плоскогорье, справа круто поднимался склон горы в яркой зелени деревьев. Вода в реке с шумом перекатывала небольшие камни, нарушая тишину.

Николай Дмитриевич с интересом наблюдал окружающий мир, чужой, неласковый, угрюмый; кругом — нагромождение камней, группы деревьев чередуются с обширными полянами, ни единой птицы почему-то не видно. Когда солнце зашло за гору, сразу потянуло свежестью. В составе огневой группы Николай Дмитриевич постоянно теперь находился вблизи командира роты, но говорить с ним пока не удавалось. Радовало, что Сергей жив и здоров.

Окружающая местность не нравилась и Анатолию. Очень удобно здесь организовать засаду: не увидишь и не услышишь противника. После бескрайних степных просторов здесь явная ограниченность обзора, даже небеса полузакрыты. Все это удручающе действует на бойцов: напряженные лица, не слышно шуток, мало разговоров.

— Это временно, — успокаивает командир политрука. — Попривыкнем. Мне тоже не по себе. Вы возглавьте третий и четвертый взводы, отделение саперов — чем черт ни шутит, когда бог спит. Саданут из засады залпом, обезглавят роту. Со своей группой наберите дистанцию метров сто, выделите боковой дозор на ту сторону реки. В случае чего, выходите противнику во фланг и атакуйте. Взвод автоматчиков выдвину вперед, он будет обеспечивать развертывание роты на случай нападения.

Умный человек тот, кто может заранее продумать, предвидеть ход и результат своих действий. Не каждому это дано, но настоящий командир такой способностью обладать обязан, иначе не повезет подчиненным в боевой обстановке.

Одиночные выстрелы справа прозвучали внезапно. Пуля сорвала с Анатолия фуражку. Тут же послышались автоматные очереди ППШ. По команде «к бою!» рота по обеим берегам реки в цепи короткими перебежками пошла вперед, охватывая ельник, откуда велась стрельба. Боковой дозор1 автоматчиков был обстрелян неизвестными, когда он выходил из лощины. Один боец был убит, да шальная пуля угодила в фуражку командира роты. Взвод автоматчиков атаковал место засады, но там никого не оказалось. Лишь примятая трава за деревьями да свежие стреляные гильзы напоминали: здесь только что были люди.