— Полью на спину?

Сергей молча оперся руками о табуретку, опустил голову и плечи. Она лила воду тонкой струйкой, пересилив неловкость, мягко и плавно стала водить ладонью по мокрой коже. Одурманивающе близко слышала его тихое дыхание. Безвольно слабели колени, зарделось лицо…

Потом они сидели в прохладной комнате: он на стуле, Зина на кровати. Говорили о родителях, батуринских и здешних новостях. Оказывается, к Наташке Световой приходит в гости старшина из их госпитального вещевого склада… Зинины голые ноги недоставали до пола; улыбающаяся и разморенная августовским теплом, нежным и ласковым голосом она расслабляла разум. Сразу и не скажешь, что послужило поводом, да только вдруг разом ослабли натянутые струны отчуждения. Он обнял ее, притянул, поцеловал в губы долгим трепетным поцелуем.

— Сережа, не надо.

— Другим можно, а мне нет? — сглупил он.

Она заплакала и не сопротивлялась.

Ничего на белом свете не изменилось, все так же слышался ветер за окном, скрипели давно не смазанные петли незакрытой калитки.

Сергей собрался уже уходить, надо было готовиться к реалиям завтрашнего дня, когда раздался настойчивый стук в дверь. Он открыл задвижку. В дверях стоял старший лейтенант медицинской службы.

— Зиночку можно?

— Смотря зачем.

— Остряк пехотный.

— Как спросил, гак и ответил.

Не найдясь, что сказать, старший лейтенант попытался плечом отодвинуть Сергея в сторону, но тут же схлопотал короткий апперкот, попятился со ступенек и сел на землю.

— Сережа, не надо. Это же врач из нашей смены.

— Вижу, смена пришла, — он зло глянул на Зину, ее виноватую улыбку, повернулся и, не сказав ни слова, вышел за калитку с чувством душевной и физической опустошенности. «Все, хватит!» Но тут же заныло сердце, что-то в нем не могло смириться с этим «хватит».

— Я его под трибунал подведу, гада, — сидя на земле, пробормотал посетитель, обшаривая себя в поисках пистолета.

— Василий Иванович, не надо. Он из НКВД. «Не такие перед ним робели», — усмехнулась про себя Зина с чувством гордости за Сергея.

— Помоги подняться, голова гудит, — облизнул тот пересохшие губы.

Противогаз, как за глаза подчиненные называли предводителя банды, разглядывал крупномасштабную топографическую карту острова Большого. Ее сегодня Кривой подарил вместе с планшетом убитого накануне капитанаартиллериста. В изъятом из удостоверения личности предписании говорилось, что капитан Куртолаев командируется на остров для проведения рекогносцировки огневых позиций резервного полка гвардейских минометов. Что такое минометы, предводитель знал, а вот слово «гвардейские» для него было неведомо. «Минометы и минометы, — рассуждал он, — скажу «леснику» про минометы, а какие — без разницы».

С этим «лесником» предводитель познакомился дней пять-шесть назад. Тот говорил, что в последнее время на острове появилось много военных, рубят лес без разрешения, а ему надо знать, где они творят зло, чтобы принимать необходимые меры. За такие сведения лесник обещал даже платить. «У вас, — говорил он, — в каждом селе есть свои люди, нетрудно проследить за военными: где они и что делают. А лес надо разводить, а не рубить», — вспомнил с ненатуральной улыбкой Противогаз слова блюстителя зеленого богатства острова.

Сейчас он склонился над картой. Кожа его надбровных дуг сморщилась у переносицы. Много тут чего непонятного, но еще больше того, в чем можно разобраться. Остров Большой расположен между Волгой и Воложкой Куропаткой. Его площадь — несколько десятков квадратных километров, сосчитал Противогаз клеточки километровой сетки на острове; начал пересчитывать количество разбросанных по его территории озер, но сбился где-то на тридцатом. Надо бы определить, сколько небольших лесных массивов, однако он быстро отказался от затеи — очень уж много.

— А это ерики, — читал он и шевелил толстыми губами в такт слогам, — Соломенный, Камышовый, Застойный, Гнилой. Ну названья! А это населенные пункты, тут все ясно. В основном же — дикие необжитые места, — сделал вывод бандит. — Вот что значит карта, — рассуждал он, — сразу все видно. Теперь незнанию местности пришел конец: все пути-дороги, леса и озера — перед глазами. Попробуй сейчас поймать меня. На-кась, выкуси, — показал храбрец кому-то в пространство фигу.

Противогаз "новь углубился в изучение карты. Очень нравилась ему надпись в верхнем углу: «Секретно».

«Надо же, такой важный документ у меня, сроду о подобном и не слышал! — Распирала гордость. — Не у каждого командира Красной Армии есть такой. Молодец, какой молодец Кривой!»

Остров Большой вдоль береговой линии покрыт сплошной узкой полоской леса, кустарником, вдоль уреза воды — узкая песчаная полоска.

«Можно теперь выбрать наиболее подходящее место для базы, а то как неприкаянные с места на место переходим. К примеру, недалеко от поселка Глинистого озеро Осиное разделяется на два рукава в виде рогатки. Здесь сплошной лес, незаметно ни подойти, ни подъехать. Тут эту самую базу-«рогатку» и создадим, — сделал вывод Противогаз. — А карту «леснику» показывать не стоит, отберет. Зверь какой-то, а не человек, взгляд хуже волчьего».