— Как нарочи, — заметил Федор.

— Стой! — подал команду старшина, выйдя из-за дерева.

Группа пришельцев остановилась.

— Пропуск!

— А ты кто такой? — раздался из толпы высокий настороженный голос. — Какой тебе еще пропуск?

— Я командир подразделения войск НКВД. Старшему из вас подойти ко мне, остальным оставаться на месте!

— Черта с два. Мы тоже НКВД, сам иди сюда, — уже более уверенно ответили из группы.

— Если не выполните требование, — Бодров повысил голос, — я прикажу открыть огонь на поражение.

Как по сигналу неизвестные бросились в разные стороны и укрылись за деревьями.

— Последний раз предупреждаю!

В ответ тишина, но от дерева к дереву те люди стали приближаться, держа винтовки в руках.

— Огонь! — подал команду командир взвода.

И сразу же лес наполнился гулом стрельбы с обеих сторон.

Бойцы за хребтовой линией высоты находились в выгодном положении. Противник с первых же выстрелов стал нести потери, начал отходить, прячась за деревьями. В это время с правого фланга послышалось нестройное «ура», пулеметные очереди, редкие винтовочные выстрелы. Со стороны противника ответили дружным огнем, взрывом гранат.

Когда с посыльным добежали до правого фланга, Моргунов со слезами на глазах стал докладывать:

— Никчемный это человек. Бредихин хотел огарновать десантников. Зазря погубил людей. Это надо же…

Скрываясь за деревьями, Сергей с Моргуновым выдвинулись к месту атаки взводного резерва. Бойцы пробежали всего-то метров двадцать-тридцать и теперь лежат недалеко друг от друга.

Командир взвода подполз к Бредихину. Он был неподвижен, но еще жив, белое лицо, бесцветные невидящие глаза.

— Зачем вы это сделали?

— …а вот у нас однажды… — сержант замолк, голова его склонилась набок…

— Подумать только, — ругался Моргунов, — сколько может наделать бед один дурак!

Третье отделение было направлено к тому месту, откуда противник пытался сблизиться и атаковать позиции взвода. Вскоре оттуда послышались одиночные выстрелы. Командир отделения доложил, что были обнаружены четыре трупа десантников, двое раненых при приближении пытались применить оружие, но были застрелены. Документов убитые не имеют, шесть винтовок и десять гранат с длинными рукоятками принесены в качестве трофея. Осиротевший пулемет командир взвода отдал посыльным, им же достались трофейные гранаты. Теперь Бодров возглавлял созданный из этих бойцов резерв взвода.

Погибших товарищей похоронили вечером тут же, на скате высоты, не дожидаясь ночи.

Сергея не переставала сверлить мысль: «Если бы я предупредил, чтобы без моей команды ничего не предпринимали, люди были бы живы. Плох командир, если он не способен предвидеть действий подчиненных».

С наступлением сумерек движение на шоссе начало набирать силу. Автомашины, тягачи, повозки, пешие колонны красноармейцев шли почти непрерывно. Дважды пролетели над дорогой немецкие самолеты, сбросив свой смертоносный груз.

Вечер выдался безветренным, теплым. Остро ощущался запах леса. Глухо шумело шоссе за спиной, а впереди висела настороженная тишина. Выглянувшая полная луна покрыла землю сеткой нечетких колеблющихся теней от деревьев.

На ночь командир взвода выставил секреты от первого и третьего отделений для охраны с флангов и наблюдения за открытыми участками местности, выдвинул их метров на пятьдесят вперед от вершины высоты. Остальным бойцам после захода луны надлежало отойти на тридцать-сорок метров от занимаемой позиции.

В лунном свете будет четко виден противник на вершине в случае своего появления.

— Если это десант, то ночью немцы не должны предпринимать наступление, так они поступают всегда, — говорил командир взвода подчиненным, — но как будет на самом деле, трудно загадывать, посмотрим.

Полночь. Яркая луна на безоблачном небе, спать не хотелось. Вспомнилась казачья песня:

Напряжение от ожидания нападения все усиливалось, это чувствовалось по поведению притихших бойцов.

Сергей вспомнил Зину. «Спит, наверное». Он улыбнулся. «Писем нет давно. Как дома? Как идут дела у Зины? Надо всем написать при первой же возможности».

Разорвал тишину выстрел, потом другой. Прибежали один за другим посыльные отделений. Везде одно и то же: молча приближаются по лесу люди. Секрет обстрелял их, но ответного огня не вызвал.

— Всем! Огонь! — крикнул командир взвода. И Дьяков Бор загремел выстрелами, взрывами гранат. Посыльных Сергей придержал у себя. Они теперь вместе с ним будут решать внезапно возникшие задачи. Послышались редкие приглушенные щелчки, как выстрелы со всех сторон. Сколько ни озирался по сторонам, он никого не видел, а выстрелы не прекращались.