– Идентифа есть. Рады видеть, и в частности вас, лисо. Что будете орать?

– Орать?
– озадачилась Фелиса, - Да вроде и не собирались.

– Чисто тявкнуто, это просто проверка перевода, - хихикнул грызь, - У вас вроде должно быть большое судно, чтобы утащить завод?

– Так точно. Игольник прибудет в течении четырёх усуток, мы просто разведать и удостовериться, что всё на месте.

– Похвально. Могу предложить застыковаться к платформе и подключиться к нашей навигации, дабы эт-самое.

Фелиса и Сурик переглянулись, и морды у обоих имели весьма хитрое выражение.

– Как раз об этом хотела попросить, - тявкнула она, - Для двоих лис кислорода хватит?

– Даже для троих, - заверил цокающий, - Открываю док.

– Благодарствую.

Котанк, получив от лисы добро на стыковку, пошёл к платформе. Замурчательно, потёрла лапки красноухая, если хотя бы успеть пристыковаться к платформе - грызи с "Цоола" уже не смогут условно уничтожить котанк. По мере того, как аппарат подходил ближе, платфорам отрисовывалась в красе - длиной в пару километров, она продолжалась ещё на несколько сотен в виде плотных групп сферических комков вещества, уже отфильтрованного добытчиками. С редкозёмом даже хранение выливалось в проблему, потому как нельзя без последствий свалить в кучу слишком много радиоактивного изотопа - перегреется и начнёт распадаться. "Шахтёры" делали сферы из метанового льда по километру в диаметре, вмораживая туда мелкие шарики продукта - достать их из такой морозилки куда быстрее, чем из камня.

По самой платформе, состоявшей из нескольких паралельных рам из двутавровых балок, громоздились какие-то блоки, сооружения и конструкции неизвестного лисам назначения, но скорее всего, причастные к переработке веществ. То в одном, то в другом месте пыхли сварочные факелы автоматов, это было обычное дело для платформы, которая всегда находится в состоянии недостроя и переделки. В доке, куда заруливал котанк, уже стояли несколько его коллег - только 26-гранных и полупрозрачных, как амёбы, два фрега Ф26, и всякая мелочь типа тракторов и дронов. "Баркас" впендюрился в частокол механических захватов, и был пристыкован.

– Поздравляю экипаж с прибытием на сквирячью космическую станцию, - официально тявкнула Фелиса и расхохоталась.

– Если что, предутявкивай, - напомнил Сурик, проржавшись.

– Непременно, - лиса проверила переводчики в коммах, - Учти, тявкать только через них, а то бесполезно.

– Понял... А куда теперь?

– Теперь, раз белочь столь велика на щедроты, пойдём в бункер, - хихикнула Фелиса, - Оттуда ещё проще делать то, зачем мы сюда притащились.

Пролезши через знакомую гармошку перехода, Фелиса пригладила хвосты, чтобы не сорить излишне шерстью на чужой станции, убедилась что переход не разгерметизируется, и только потом стала оглядываться. Как она и заметила сразу краем глазного яблока, переходы от дока к бункерам были отделаны минимально - только мостки с перилами среди нагромождений машин и коммуникаций, чтобы можно было перемещаться. Лисичка чуть не взвизгнула, когда её взгляд остановился на морде белки - она была настолько уверена, что никого тут не увидит, что не заметила грызя, стоявшего в двух шагах безо всякого укрытия.

Грызь был обычный, рыже-серый с белым брюхом, пуховым хвостом и не менее пуховыми ушами, на которых болтались здоровенные кисти. Пожалуй единственное, что отличало белокъ от обычных белок, так это другое расположение глаз, среднее между расположением глаз бинокулярно и по одному в стороны - то бишь, грызь мог смотреть как вперёд двумя глазами, как лиса, так и в два бока сразу, как коза или лошадь. Яблоки были почти чёрные, только слегка улавливался цвет радужки, судя по всему карий. Пуховик был сильно упакован в спецовку, так что выглядел не настолько пуховым, как без оной. И пуховик с явным интересом вспырился на лисьи хвосты, поводя ушами.

– Доброго витья, - тявкнула Фелиса, справившись с внезапностью. Хотя не совсем, так как хотела тявкнуть что-нибудь по беличьи, типа "кло", или "почём перья". Переводчик передал соль с минимальной задержкой.

– Достаточно доброго!
– цокнул грызь, - Вы слышите перед собой Равуляка Профина, ответственные уши по внутренней безопасности флота на ББКУ-4031. Всмысле это йа, если что.

– А, - хихикнула Фелиса, - Это Сурик, я Фелиса, мы Краснозорьки.

– Заметно, - глянул на красные уши грызь, и подошёл к Сурику, - Можно кусок пуха?

– Смотря какого размера, - резонно ответил тот, - Шкура мне ещё пригодится, а пучок пуха вот.

– Пучок сойдёт, - кивнул Равуляк, - Так, для прочищения.

– Для прочищения чего?
– уточнила Фелиса.

– Что вы это вы, - невозмутимо сообщил грызь, - Кстати, нить-намотка!

При словах про нить-намотку глаза трёххвостых слегка округлились - уж чего-чего, а этого они тут никак не ожидали услышать. Равуляк зафикисровал реакцию и кивнул - в пух, стало быть.

– Провожу вас до бункре, - цокнул белкач, - А то тут в любом случае дорожка такая, что урлюлю. Вон там, осторожно, провода под напряжением...

Семь хвостов пошли по корридорам, каковые отказывались быть прямыми - путь изгибался, как пух знает что, и Фелиса точно знала, что несколько раз этот корридор сворачивал вообще в обратную сторону. Однако, до транспортёра они всё таки добрались. Все трое поводили носами, потому как и у лис, и у белок было очень чувствительное обоняние, и они могли хорошо запомнить запах шерсти. Лиса посмотрела на огромный хвост, сидевший рядом с белкачом, отбросила мысли типа "тискать!" и показала туда пальцем: