– Прости, - сгрёбся с пола трёххвостый, быстро прийдя в себя, - Я не думал, что так резко. Хм... А вроде и не так уж тут тесно?

Там было не так уж тесно, особенно вдвоём и без кучи груза - отсек позволял даже совершить променад на четыре шага, от пультов до люка. На скошенных стенках имелись самые настоящие окна, сейчас прозрачные и показывавшие, что котанк прилип к потолку ангара, а мимо вниз головой проходят несколько лисо.

– А с чего ты взял, что тут тесно?
– осведомилась лиса, плюхаясь в кресло и начиная работу.

– Ну, Нен тявкнул, что это мол не орбитальный катер.

– Это он правильно тявкнул. Он имел ввиду сложности с маневрированием, - пояснила Фелиса, - Это боевая посудина, и просто так летать на ней не просто так.

– Даже с автоматикой?
– ужаснулся лис.

– Даже. Ничего невозможного, просто более чревато и нужно быть собранней.

– Кстати, насчёт боевой посудины, - заметил Сурик, - Кажется, как раз в нашем районе назревает? Это не?

– Не. Вот тебе результаты рассчёта вероятности встречи с волусями - 0,12%.

– Это если в рассчёты заложены верные исходные данные.

– Верно. Но как ты думаешь, зачем на каждом корабле побольше угольной баржи есть пушки?
– хмыкнула Фелиса, - Потому, что галактика штука большая, и любителей начинать очень страшные войны в ней находится достаточно. Брат Нена, чтобы ты знал, напоролся на флот государства, прекратившего существовать семь тысяч лет назад. Технологии конечно шагнули кой-куда, но если бы он был совсем не подготовлен - ему пришлось бы очень туго, а так выкрутился.

– Звучит убедительно, - пожал плечами Сурик, таращась в окно.

Москитный флот в это время провёл все необходимые процедуры - прозвонки, проверки, сверка кодов опознавания, и даже поатомное сканирование всех организмов, как лисьих, так и тараканов в банке на одном из котанков.

– А это ещё зачем?
– осведомился Сурик.

– Также для идентификации, - ответила Фелиса, - Чтобы быть уверенным, что перед тобой именно то, что ты считаешь, а не невесть что. Даже при современных возможностях скопировать целый корабль с экипажем ниточка в ниточку - слишком дорогое удовольствие, чтобы им пользоваться без особых нужд, так что проверка достаточно надёжная.

– Да сдесь одни параноики собрались!

– Само собой. Режим такой, что если группа исчезает из поля зрения другой группы хотя бы на секунду, они после этого должны пройти взаимную идентификацию, чтобы обмениваться информацией и тем более грузами.

– Неужели в галактике столько вредоносной дряни?

– Её нет. Именно поэтому её и нет, что её душат в зародыше, - пояснила Фелиса, - Ладно, сейчас поедем.

После того как вся подготовка оказалась в круглом состоянии, котанки один за другим покидали ангар и оказывались среди сине-красной облачности, нарисованной тактик-экраном - если смотреть своими глазами, не увидишь ничего, на сверхсвете обычное световое излучение не принималось. "Болото" виделось как на экранах ЭВМ перед пультами, так и на окнах, создавая впечатление, что так всё и есть. Хотя всё так и не есть. Котанк, издавая какие-то урчащие звуки мотором - всмысле, опять-таки это так было слышно, а там уж кто знает - вырулил на паралельный курс с остальными, а сзади ворочал боками удлинённый транспортник.

После того, как вся мелочь вышла из ангаров, игольник снова начал выходить на разгон максимальным экономическим ходом, и синхронизированная с ним группа также увеличивала тягу. Трассы "выхлопа" потянулись за фрегами, а котанки начали выпускать ленточные радиаторы - ещё не на полную катушку, но всё-таки. Пока что можно было особо не волноваться, объединённые ресурсы автоматов управления всей группы не допустят никаких косяков. Волноваться придётся, когда котанк оторвётся от группы вперёд, подумала Фелиса.

Тут было, над чем подумать. Если транспортный корабль разрабатывался в первую очередь для того, чтобы гарантированно долететь куда-либо, то для боевого главное было не в этом. Как известно, оружие всегда сделано предельно дёшево, иначе быть не может, поэтому боевые аппараты обладали рядами особенностей, какие необходимо учитывать при эксплуатации. БКТ64, например, не мог пройти атмосферу планеты - ну всмысле, теоретически мог, но оставил бы за собой такой шлейф ионизации, каковой обеспечит экологическую катастроффу в целом районе. Ему это было без надобности, так как атмосферу легко проходили снаряды, котанк мог лупцевать с орбиты.

Фелису занимало не это, а сверхсветовая навигация на данном изделии космопрома. В учебных программах достаточно красочно описывались случаи неправильного подхода к оной, заканчивавшиеся ущербом - причём далеко не только материальным. В этом случае появлялся вопрос о риске собственной жизнью - и что ещё хуже, риске чужой жизнью. Идеология, поддерживавшаяся в Союзе, говорила о том, что чужая жизнь бесценна, и это было вдрызг материалистично. Попробуй оценить чужую жизнь, и всегда ошибёшься. Свою же собственную тратить приходится постоянно - например, Фелиса тратила свою, пока раздумывала над этим, значит она не особо и бесценная.