Фрея глубоко вздохнула и вернулась в кухню. Кэролайн показалась ей жизнерадостной, легкой девушкой. Она бы никогда не могла подумать, что внутри ее столько всего гложет.

— Прости, что сорвалась на тебя, — еще раз извинилась вампирша. — Я обычно так не делаю. В смысле, я никогда так не делаю.

— Ну, — Фрея сделала большой глоток из своей чашки. — По правде говоря, Ник говорил мне вещи и похуже, когда мы встретились впервые.

Кэролайн засмеялась. Впервые за весь день ей стало чуточку лучше. Все еще паршиво, хотя и не так, как раньше.

— Да уж, он это может, — задумчиво сказала она, вспоминая о том, что ей будет необходимо поговорить с Клаусом. Он ни разу не позвонил ей за день, кроме того случая в спортзале. Она не сомневалась, что он был очень и очень зол на нее.

— Прости, Фрея, — в который раз повторила она.

— Кэролайн, — Фрея коротко пожала ей ладонь, — я старшая сестра. Видимо, у нас с Элайджей участь такая — терпеть всякие выбрыки от вас, молодежи.

— Лучше бы следующего раза не было, — уныло пробубнила Кэролайн.

— А если серьезно, — с пониманием предложила Фрея, — если ты хочешь поговорить, то…

— Да, — Кэролайн отлично поняла, что она имеет в виду. — Я, пожалуй, завтра поговорю с Кэми.

— Ну или с Кэми, — с улыбкой сказала старшая сестра Клауса.

— Ну, — Кэролайн поднялась со своего места, — не буду мешать тебе пить молоко, — она указала на чашку. — Я вижу, что у тебя это своеобразный ритуал.

Фрея добродушно улыбнулась, но ничего не ответила, только лишь пожала плечами, соглашаясь. Кэролайн снова открыла рот, чтобы извиниться, но ведьма опередила ее, словно прочитав ее мысли.

— Мы уже это выяснили. Все в порядке, Кэролайн.

— Спасибо, — поблагодарила вампирша, на что блондинка лишь отмахнулась.

— В этой семье это просто нормально.

***

Кэролайн боялась разговора с Клаусом. Она намеренно слонялась по городу из одного конца в другой целый день, пока, наконец, не решила приехать в «Бойню». Она знала, что он очень зол, и не знала, как извиниться перед ним за свое поведение. Фрея ни в чем не была виновата, так же как и Клаус и остальные Майклсоны. Она благодарила Бога за то, что вся эта сцена произошла не на глазах у Хоуп.

Кэролайн бы не пережила, если бы нанесла травму ребенку.

Дома было тихо.

Коул и Давина наверняка где-нибудь развлекались и не были дома. Но поднимаясь по лестнице, Кэролайн заметила, что в комнате у Хоуп горел свет. Вампирша посмотрела на свои черные Chanel J12. Почти одиннадцать. И что эта юная леди себе думает? Не пора ли ей давным-давно спать?

С этими мыслями блондинка решительно двинулась к комнате девочки.

«Жил-был богатый купец, у которого было три дочери и три сына. Младшую из дочерей звали Красавица. Ее сестрицы не любили ее за то, что она была всеобщей любимицей. Однажды купец разорился и сказал своим детям:

— Теперь нам придется жить в деревне и работать на ферме, чтобы сводить концы с концами.

Живя на ферме, Красавица все делала по дому, да еще помогала братьям в поле. Старшие же сестры целыми днями бездельничали. Так они прожили год.

Вдруг купцу сообщили хорошие новости. Нашелся один из его пропавших кораблей, и теперь он опять богат. Он собрался поехать в город получить свои деньги и спросил дочерей, что им привезти в подарок. Старшие попросили платья, а младшая — розу…»

Кэролайн как вкопанная остановилась перед входной дверью. Это был Клаус. Как во сне она услышала тихое хихиканье Хоуп.

«Вдруг вдалеке показались огоньки. Приблизившись, он увидел старинный замок. Войдя в его ворота, он поставил свою лошадь на конюшню и вошел в зал. Там находился стол, сервированный на одного, и горящий камин. Он подумал: “Хозяин, наверно, придет с минуты на минуту”. Он прождал час, два, три — никто не появлялся. Он сел за стол и вкусно поел. Затем пошел посмотреть другие комнаты. Зайдя в спальню, прилег на кровать и уснул глубоким сном.

Проснувшись поутру, купец увидел на стуле рядом с кроватью новую одежду. Спустившись вниз, он обнаружил на обеденном столе чашку кофе с теплыми булочками».

Клаус с выражением читал девочке сказку. И Кэролайн тут же узнала строчки из любимой сказки Хоуп. Девочка могла посмотреть «Красавицу и Чудовище» двадцать раз за день и ей бы ни капельки не надоело.

Не в силах противостоять своему любопытству, Кэролайн тихонько открыла дверь.

Двое были полностью поглощены друг другом. Хоуп уютно устроилась под боком у своего отца, одновременно утопая в огромных подушках, а Клаус одной рукой приобнимал дочь, а второй держал раскрытую книгу. Он был одет донельзя по-домашнему. Простые пижамные штаны и футболка. Он был босой. Он и Хоуп в своей пижаме с пандами смотрелись до невозможности мило.