– Где королева Катарина? – закричала Натали Аррон. – Лука!

Где она?

– Не паникуйте! – промолвила Верховная Жрица. – Мы её найдём. Её нет среди павших.

Натали дико осматривалась, может быть, собиралась сама начать поиски. Но все отравители сбежали. Стоны вспыхивали у подножия сцены, и она кривилась.

Медведь сбросил Черноту на толпу. Отравленная еда валялась на песке, и собаки-фамилиары жадно её ели.

– Они съели немного… - рыдала женщина. – Остановите их!

Отозвите!

Натали быстро зашагала вперёд.

– Изолировать пищу, - уравновешенно промолвила она,

голос был ровным и глубоким. – Собаки должны быть в моей палатке для лечения. Быстро. Держите их подальше от остальных.

Через сцену Арсиноя отступала в компании Милонов. Её маска делала любое выражение нечитаемым.

– Как она могла? – спросила Мирабелла, убитая горем. Но даже для её ушей это был слишком глупый вопрос.

Джозеф обнимал её, целовал её волосы.

– Отойди от неё, Природа, - Ро протянула руку и попыталась оттащить Джозефа. Он не сопротивлялся, увидев в её руке нож.

– Оставь его в покое, Ро, - промолвила Мирабелла. – Он меня спас.

– От нападения его собственной королевы, - Ро дёрнула головой, и ещё три жрицы вышли, чтобы оттащить Джозефа. Ро схватила Мирабеллу за руку. Её пальцы впились с такой силой,

что Мирабелла закричала.

– К палатке, моя королева. Вознесение закончилось. Год

Вознесения начался!

Достояние Бреччии

Ветви царапали лицо Катарины, когда она мчалась через деревья южных лесов. Её сердце билось, колено пульсировало после удара о сцену. Она вновь упала, юбка запуталась в терновнике. Без факела у неё был только лунный свет в качестве руководства, а его так мало среди деревьев.

– Пьетр! – слабо, задыхаясь, позвала она. Она сделала, как ей сказали, сбежала с Вознесения к пятисторонней палатке и бросилась в лес.

– Пьетр!

– Катарина!

Он вышел из-за дерева, держа в воздухе маленькую лампу.

Она натолкнулась на него, и он прижал её к своей груди.

– Я не знаю, что случилось, - промолвила она. – Это было так ужасно!

Медведь убил бы её. Разорвал бы, как бедную жрицу.

Пройдёт слишком много времени, прежде чем она сможет забыть безумие в его глазах и его огромные когти.

– Я надеялся, что этого не будет… - промолвил Пьетр. – Что

Натали права. Что она всё контролирует. Мне так жаль, Катари.

Она положила голову ему на плечо. Он был так добр, чтобы встретить её тут, вдали от всех, успокоить за пару минут. Его руки согревали её кожу, а странный запах Достояния Бреччии успокаивал её дыхание.

Пьетр приблизился к скалам. Он подходил так медленно,

словно в танце, их ноги скользили по гладкой поверхности скалы по бокам расщелины.

– Может быть, следовало остаться с Натали… - промолвила

Катарина. – Она могла пострадать.

– Натали может позаботиться о себе, - сказал Пьетр. – Она не одна в опасности. Ты поступила правильно.

– Они скоро меня найдут. Ищут! Меня давно нет…

Пьетр поцеловал её в макушку.

– Я знаю, - с сожалением промолвил он. – Кровожадный храм…

– Какой?

– Я не должен тебя любить, Катари? – он взял её лицо в свои руки.

– Но любишь?

– Да, - он поцеловал её. – Люблю.

– Я тоже люблю тебя, Пьетр, - сказала Катарина.

Пьетр отступил назад. Он нежно сжимал её плечи.

– Пьетр? – спросила она.

– Мне жаль, - сказал он, а после толкнул её. Вниз, вниз, вниз,

в бездонное Достояние Бреччии…

Начало года Вознесения

Лагерь Арронов

Через полтора дня после катастрофы Вознесения Айнисфил почти опустела. Природа и Элементали ушли. И бездарные.

Даже отравители вернулись в дома, кроме Арронов и самых верных им семей.

Многие жрицы ещё оставались тут, и Лука тоже,

организовывали поисковые группы, прочёсывали скалы в поисках Катарины. Но они обошли всю долину, берег, лес со всех сторон. Бедный Пьетр без остановок искал после пропажи

Катарину.

И не было ни тела, ни ответов.

Натали одна сидела в своей палатке. Она не искала со вчерашнего дня, но поиск продолжался – и она не хотела её найти. Тело Катарины… Скоро оно раздуется, после распадётся.

Натали не знала, вынесет ли она, если обнаружат маленькие кости Катарины, что держатся сухожилиями, и гнилое чёрное платье.