— Твоё первое впечатление о Сиэтле? — крепко сжимаю ладонь Кристиана, вырывая его из мыслей. — Это было первое место, где я захотела прогуляться. Всё казалось таким… Величественным, наверное.

— Мне нравится на набережной, — Кристиан осматривается, будто желая убедиться, что мы действительно на набережной. — Здесь мы сделали ту фотографию, которая стоит в спальне. До этого я не бывал здесь, если честно.

— У тебя со мной было так много «в первый раз», Кристиан. А какое твое любимое место в городе?

— «В тебе» — плохой ответ?

— Грей!

— Не знаю, чёрт. Спейс-Нидл? Оттуда шикарный вид.

— Если ты будешь хорошо работать — из твоего офиса вид будет не хуже, чем с башни. Ты ведь до сих пор рассматриваешь идею собственного бизнеса?

— Не знаю. У меня есть ты, мы начинаем говорить о семье… А свой бизнес — это четырнадцать часов в сутки в делах, без выходных. Наверное, буду устраиваться. Сначала на побегушках к какой капризной госпоже, — пихаю его, и он усмехается. — Но, закончив учебу, смогу продвинуться до старшего менеджера. Руководитель отдела. Партнёрство. При этом, с девяти до пяти, с отпуском и выходными.

— Я тоже хочу работать. Дома скучно.

— С твоим опытом работы…

— И образованием учителя меня много где ждут, — на ходу покупаю нам мороженое, успев насладиться возмущением на лице Грея, что заплатила сама, и беру его под локоть, заставляя следовать ближе к ограде.

— Учительница… Мисс Стил, вы убиваете меня.

— Но это всё ещё приятная смерть?

— Лет через пять, когда у нас назреет кризис в отношениях, будем лечиться ролевыми играми. Техасская девчонка, учительница, может, даже монашка…

— Плохой полицейский, забитый программист, курьер. И врач, обязательно врач. «О, доктор Грей, у меня болит вот здесь», — подглаживаю горло, облизывая мороженое, и Кристиан тяжело сглатывает. — «Может, вы сможете своей такой штукой смазать мне горло?»

— Кажется, во врача мы поиграем на пять лет раньше, чем должны.

— У меня была шляпа, две аккуратные косички, майка без бюстгальтера, короткая джинсовая юбочка и прекрасные кожаные сапоги. Мне не хватало только кнута, пушки и коровы. И мне уже было шестнадцать, по законам Техаса имеешь полное право подумать обо мне такой под душем.

— Я хочу домой, — Грей шутливо хнычет, как маленький, и я не могу не умиляться над ним. — Но должен вернуться на работу через пятнадцать минут. Спасибо за ланч.

— Спасибо за компанию, мистер Грей. Вас жутко приятно кормить.

— До вечера, — быстрый сладкий поцелуй, и Кристиан довольно улыбается. — Твое мороженое было вкуснее.

— Обожаю апельсиновые шарики.

— Я теперь тоже. Пока, — Кристиан уходит, а я еще долго не могу оторваться от созерцания спокойной воды.

Сегодня сбудется моя маленькая мечта: это пятое и, думаю, последнее посещение хирурга. Уже знакомая мне процедура, приносящая облегчение через небольшое жжение. Луиза отвела меня к хирургу в первую же неделю, как получила право ставить подпись за меня.

Я врала себе, врала Кристиану, и ему лучше не знать этого, но полоски на ногах нанесла я сама себе. От детских не осталось и следа. А от глупого саморазрушения, будто физическая боль поможет справиться с душевной, после потери…

Это так странно, я меняю в себе то, что мне казалось уже естественным: удаляю шрамы с ног, «россыпь» от стекла на груди… И живот, наконец-то. Сердечка нет совсем. Буквы исчезнут после этого сеанса, я думаю. Или станут очень трудно различимы. И еле заметный шрам в том месте, где нож вошел глубже всего. Но совсем тонкий, благодаря хирургам, зашившим его. Я бы очень хотела устранить шрамы и внутри, но осознаю, что лишь для «галочки». Ведь нет дискомфорта, мышцы в порядке, я всё чувствую и испытываю удовольствие…

Просто восстановительный период после операции до двух месяцев. Я не вынесу столько без секса, Кристиан тем более.

***

Самое сложное — выбрать место, где я подарю ему удовольствие от моего полностью обнаженного, чистого тела. Я знаю, что Кристиан любит активный отдых, и это было бы идеальным подарком, какая-нибудь ночевка в палатке в лесу, после спуска на байдарках, но я так далека от всего этого… Я даже аттракционы недолюбливаю.

Хочу чего-то особенного, и в этом нет ничего плохого. Рутину нужно разбавлять, а важные вещи преподносить в должной обстановке.

Нужно посоветоваться с ним. Я сдаюсь.

— Кристиан, — он медленно открывает глаза, не переставая наслаждаться моими руками в его волосах, но тут же закрывает их, вопросительно мурча. — Я хочу, чтобы мы с тобой выбрались куда-нибудь, где, в первую очередь, понравится тебе. Только что-то не очень экстремальное. Ты ведь любишь походы и всё такое…

— Ты уверена?