– Спасибо, – я сказала это со всей ядовитостью, на которую была способна.

Я пошла к другому шкафу и начала усердно мыть его. Раен больше не сказал ни слова, поэтому я хоть и старалась, не косится на него, всё-таки делала это. Он стоял ко мне спиной и мыл окошко.

Он обиделся на меня.

Я вдруг почувствовала себя виноватой и жуткой девушкой, которая ни за что накричала на парня, спасшего ей жизнь. Чёрт, моя совесть не даёт мне покоя.

Я глубоко вдохнула и собралась подойти к Раену с извинениями, хотя и не представляла, как буду извиняться, но тут у Раена зазвонил телефон. Я мысленно чертыхнулась. Он достал телефон из кармана джинс и вскинул брови, посмотрев на экран, а затем ответил на звонок.

– Алло, – последовала довольно долгая пауза, и я занервничала, – да, – и снова пауза, – э-э, а зачем ты делаешь это для меня? – я во все глаза уставилась на Раена. С кем это он так разговаривает? – да? – Раен смотревший до сих пор на окно, посмотрел своим проникающим в душу взглядом на меня и мне стало неловко, – спасибо.

Он нажал «отбой» так и не сводя с меня своего пристального взора. Я занервничала и не в силах больше ждать спросила:

– Кто это был?

На лице Раена заиграла таинственная улыбка, и он так же таинственно ответил:

– Не скажу.

Мне захотелось дать ему подзатыльник. Кто же позвонил? Зачем он скрывает это он меня? И самое главное: что этот кто-то сказал Раену, что заставило его улыбаться и пялится на меня?

Я фыркнула, делая вид, что мне совсем не интересно кто ему звонил, и вернулась к мытью шкафов, всё ещё бросая косые взгляды в сторону Раена.

Через час чердак был полностью убран и блестел как новый. За всё это время мы с Раеном не обменялись ни одним словом и ни разу не посмотрели друг на друга в открытую.

Закончив уборку, я села на краешек кровати передохнуть, а Раен прислонился спиной к шкафу около левой стены, откинув голову, закрыл глаза. Повисло неловкое молчание, и я собралась что-нибудь сказать, чтоб хоть как-то разрядить обстановку, однако, меня опередил звук открывающейся двери. В помещение зашёл директор и оценивающим взглядом обвёл комнату.

– Что ж молодцы, хорошо потрудились. Считайте, что отработали своё наказание и впредь не нарушайте правила школы, – мистер Бёрк сделал паузу, видимо для пущего эффекта, – а теперь можете идти.

Я встала с краешка кровати и, выходя с чердака, попрощалась с директором, Раен сделал то же самое. Мы спускались с третьего этажа всё в том же напряжённом молчании, и из-за этого мне захотелось придушить Раена. Подумаешь, кто-то ему позвонил, и чёрти что сказал. Подумаешь, после этих неизвестно каких слов, он начал пялится на меня. Подумаешь!

– Чего ты фыркаешь?

Я не ожидала услышать голос Раена и поэтому как всегда испугалась. Чёрт, это начинает входить в привычку.

– Мистер Томпсон, вы соизволили заговорить со мной? Я польщена! – я драматично сложила руки над сердцем.

– Да, мисс Грей, я соизволил. А теперь прошу вас, ответить на мой вопрос.

Ах, ты, говнюк!

– Я просто задумалась и поэтому нечаянно фыркнула. Извините за причинённые неудобства вашему слуху, мистер Томпсон.

– Вы прощены, мисс Грей.

Мне в который раз, захотелось придушить этого мистера. Я сжала руки в кулаки и опустила их по швам. Обогнав Раена на лестнице, я специально толкнула его плечом. Прибавив шаг, я вышла на улицу. Холодный воздух ударил в лицо и мой гнев немного поубавился. На небе были тёмные тучи, значит скоро пойдёт дождь, так что надо добраться до дома как можно раньше. Я пошла быстрым шагом, в сторону своего дома, не оглядываясь.

Раен не остановил меня. С одной стороны это было хорошо, ведь, он не шёл рядом и не смущал меня своим присутствием. Но с другой стороны… мне было жутко обидно.

Я успела прийти домой до дождя. Ну, хоть в чём-то мне повезло.

Дома никого не было. Тедди наверняка в универе, папа как всегда на работе, а мама… хм, может пошла за покупками с миссис Джонс. Я поднялась к себе в комнату и, переодевшись в домашнюю одежду села за уроки. Через полтора часа я всё сделала, а домой до сих пор никто не пришёл. Тогда я решила нарисовать пейзаж Сиэтла, заданный мне, миссис Бёрк. Эта старая клуша, вечно что-то от меня хочет! Эва как-то сказала мне, чтоб я подала на неё в суд, за домогательство. Эта 50-летняя миссис не представляет свою жизнь без моих рисунков. Она даже мне как-то поведала, что некоторые из них висят у неё дома.

Смирившись с характером миссис Бёрк, я подошла к мольберту. Чёрт! Мои любимые краски закончились! Мне захотелось захныкать и послать всё подальше. Но вспомнив, что гнев миссис Бёрк ещё страшней, чем её домогательства, я удержалась от нытья.

И что же мне теперь делать? Я даже не могу позвонить миссис Джонс или Сойеру, чтобы они купили мне краски, ведь, они покупают совсем не те, что мне нужно. И даже если они будут знать название, размер и все характеристики моих любимых красок, они всё равно умудрятся купить что-нибудь не то.