Я встала сзади Тедди наклонилась и шепнула ему на ухо:

– Сваливаем отсюда!

– Почему это? – Громко спросил он.

Иногда мне хочется убить этого идиота из-за его глупости!

– Тише ты! Не ори так, а дай им поворковать! – Он обернулся и я вслед за ним. Напоследок, мы увидели такую картину: папа обнял маму и страстно её целует. Прямо при детях! Папа ведь никогда ничего не стесняется.

– Пошевеливайся Тедди! – Прошептала я на ухо ему.

– Ой, что-то мне приспичило! Ой, уже чувствую, что из меня, что-то выходит! Я побежал на крыльях ветра к священному туалету!

Я ударила себя по лбу, думая о том, какой же он всё-таки тупой! Он может так громко не кричать?! Тедди портит всю романтику. Я уже было собиралась ему сказать, что хватит преувеличивать, но он уже убежал по его словам на крыльях ветра.

– Пойду, переоденусь – тихо сказала я.

У меня было такое ощущение, что они вообще ни на кого внимания не обращали. С этими мыслями я пошла в свою комнату, переодеваться. Переодевшись, я посмотрела в зеркало. Идеально! Ох, точно мой кофе! Он же скоро остынет! Мои кексы, их сейчас съедят!

Я быстро выбежала из комнаты и поспешно зашла в кухню. Голубки прекратили ворковать. Это хорошо, потому что я не очень то и люблю все эти их телячьи нежности. Прям как с Раеном, когда я его обняла. Чем я вообще тогда думала?! Я что была настолько горда и рада за него, что не удержалась и обняла его? А ведь он даже не возражал! Чем он тогда думал? Наверно одним местом!

Мой кофе и тарелка с кексом и пирожным стояли на барном столе. Один кекс был с черничной начинкой, как же я её люблю! Папа всегда знает, что покупать мне и от чего я приду в дикий восторг. Второй кекс был шоколадный. Пирожное с малиновой начинкой, покрытое желе из вишни, а сверху всего этого кулинарного шедевра клубничка! Мне ужасно захотелось съесть этих аппетитных милашек!

Внезапно мой взгляд обрушился на Тедди. Этот засранец протягивал руку к моей клубничке! Если он посмеет сделать это, я ему никогда такого не прощу.

Кинувшись со всех ног, я быстро подбежала к Тедди и произвела «удушение сзади»: захватила его голову рукой, рванула её на себя, предплечьем другой руки захватила предплечье сверху, соединила руки и начала разворачиваться то влево, то вправо. Я начала его легонько душить. Ну не убивать же его. Жалко братца всё-таки. Я превратила свой захват в игру, чтобы он понял: нельзя трогать чужие вещи. Тедди разразился истерическим смехом, и я начала волноваться за его душевное состояние, но его рука всё ещё тянулась к моей клубничке. В моей голове воцарилась паника, и я сразу вспомнила прошлую нашу с Тедди «драку». Тогда я хотела отобрать у него его же конфету, но он повалил меня на пол и сел сверху мне на спину и потянул за мою ногу, как бы растягивая её. Как же тогда было больно! Моя бедная нога болела ещё неделю, но после того случая я у него больше ничего и никогда не крала. Но теперь Тедди повторяет мои ошибки, и я накажу его так же, как он наказал меня тогда: я сделаю ему больно.

Я посильнее сжала руки и злобно спросила у него:

– Ну что, всё ещё хочешь съесть мою клубничку?

Мама в ужасе закрыла рот руками, а отец, нахмурившись, смотрел на нас.

– Фиби, что ты делаешь? – С ясно читающим в голосе недоумением и шоком прокричала Ана.

Тедди всё ещё вёл себя как болван: хохотал, как ненормальный, но всё же пытался дотянуться до заветной клубнички.

– Он хочет съесть мою клубнику! – Прорычала в оправдания я.

– Кристиан, сделай что-нибудь! – Папа уже успел сесть на барный стул и начал читать газету. Посмотрев на нас, отец бесстрастно сказал:

– Хм, на кого бы мне сегодня поставить? – Спросил он с юмором сам себя, – мне кажется, сегодня выиграет Фиби, но и Тедди не промах. Кто же получит желанный приз? – Всё так же сам себе задал этот вопрос папа.

Мама с ужасом уставилась на него, и папа начал оправдываться:

– Ана, милая, они всего лишь дурачатся, а я пошутил! Разве не видно?

– Какие-то у тебя странные шутки сегодня, – упрекнула его мама, затем повернулась к нам и добавила, – так, быстро прекращайте! – С этими словами она подошла к нам и нагло засунула себе в рот нашу клубничку.

Мы с Тедди впали в ступор и ошарашено смотрели на маму. Первым пришёл в себя папа:

– Ха! Не думал, что события примут такой поворот! – С улыбкой произнёс он. – Ана, в следующий раз я поставлю на тебя, – добавил папа и игриво подмигнул маме.

Мама покраснела и, подойдя к отцу, нежно обняла его.

– Ну всё, теперь клубнички нету, но зато у меня есть вишенка! – С этими словами я выхватила вишенку у Тедди из-под носа.

Тедди посмотрел на меня широко открытыми глазами, но ничего не сказал, что для него очень удивительно.

– Так и знал, что сегодня выиграет Фиби! Правда, сегодня у нас два победителя: Фиби и Анастейша! – Закончив фразу, папа, как ни в чём ни бывало уткнулся в газету.

– Это ещё что такое, чёрт возьми?! – Прокричал Тедди, опомнившись. – Фиби, не наглей! Тебя не учили, что надо старшим уступать?! Или ты хочешь, чтобы я тебя повалил как в прошлый раз? – Хм, значит и Тедди помнит нашу прошлую перепалку.

Я, всё ещё жуя вишню, ответила ему:

– Что было, того не вернуть. Вот такие дела! – С улыбкой сказала я и проглотила вишенку. – Ну, ладно извини братец, – похлопывая ресницами и со щенячьей мордочкой, ответила я.