– Папа... – так тихо прошептала я, что сама себя не услышала.

– Что? Кто ещё раз?

– Никто! Всё, мне пора!

Рывком, я вырвала свои руки из сильных и тёплых рук Раена и, не оглядываясь пошла к себе в дом.

Глупые слёзы застилали мне глаза, и вплотную подойдя к входной двери, я всё же обернулась на Раена. Он шёл в противоположную от моего дома сторону, глядя себе под ноги.

Зайдя в дом, и захлопнув с глухим стуком за собой дверь, я облокотилась на стену и сползла по ней вниз.

Я дура! Я такая идиотка! Я расстроила Раена! А он ведь принёс мне мои любимые краски. Он ведь столько сделал для меня, а я... а я всё испортила.

Нет, я не должна плакать здесь. Меня здесь могут увидеть и начнутся расспросы. Расспросы, которые бесят меня! Да пошло всё к чёрту!

Я встала с пола и быстрым шагом пошла к себе в комнату. Мне нужно отвлечься. Срочно. Точно, рисунок! Уже около двери, я вспомнила, что последний раз рисовала из комнаты родителей и оставила кисточки там. Резко обернувшись, я пошла к ним. Зайдя в комнату, я огляделась. Огромная белая кровать, комод, зеркало, журнальный столик… о, а вот и кисточки. Подойдя к столику, я взяла с него три свои кисти и вдруг услышала какие-то звуки. Я остановилась и прислушалась. Звуки доносились из ванной родителей. Я услышала шаги, смех и … чёрт, стоны! Мне срочно нужно уходить отсюда! Они уже близко! Господи!

Мой взгляд заметался из стороны в сторону и остановился на двери. Шаги приближаются! Чёрт, не успею!

Кровать. Я быстро легла на пол и залезла под неё. Как же хорошо, что она высокая!

Двери открылись и комнату наполнили звуки жарких поцелуев. Господи, хоть бы они не услышали моё громко бьющееся сердце! Кровать надо мной прогнулась и я в ужасе припечаталась к полу.

– О Кристиан! Ты всё такой же сексуальный, как и раньше, – как и раньше?!

– Ана, как же я хочу тебя!

Твою мать!!!

Через несколько минут после поцелуев, стонов, и учащенных дыханий я увидела лежащую на полу около меня мамину кофту, штаны и трусики. Ни хрена себе! Затем пошла папина одежда рубашка, ремень, джинсы и... боксёры. Сука! Что мне делать?! Бежать? Кричать? Я не знаю!

– Ох, Ана, я тобой никогда не смогу насладиться до конца, – чуть ли не прорычал отец.

Кровать выгнулась надо мной, и я закрыла глаза от страха, что они меня сейчас раздавят!

– Милый, ты уже это говорил, – ответила мама сквозь учащенное дыхание.

Какое-то время они не разговаривали, а лишь стонали, стонали, стонали. Это когда-нибудь закончится?!

– Давай детка, – детка?!

Чёрт, опять стоны! Они стали ещё громче!

Внезапно пиликнул мой телефон, лежащий в кармане моих джинс. О Боже, что теперь будет? Они поймут, что я здесь и отчитают меня. Хотя это не самое страшное. Страшней всего то, что я не смогу смотреть им в глаза, зная такое…

Их стоны пошли на убыль, и я замерла в ожидании приговора.

– Дорогой, ты слышал?

– Нет мне не важно. Сейчас. Я. Хочу. Тебя.

– О, Кристиан! Пожалуйста!

Господи, спаси меня!

Снова надо мной прогибается кровать. Эти стоны, крики, дыхание. АААААА!!! В ужасе, я закрыла уши, чтобы не слышать всего этого.

– Кончи для меня, детка!

За этими словами последовал очень громкий стон наслаждения, который я услышала, даже изо всех сил закрывая уши.

– Кристиан ты как всегда неподражаем, – неподражаем?!

От нервов у меня дёрнулся правый глаз.

– А ты просто Богиня! Я люблю тебя, – произнес Кристиан очень нежно и, судя по звукам, поцеловал маму, – пойдём в душ.

– Ну, пошли, – игриво ответила мама.

Аллилуйя! Это мой шанс сбежать отсюда.

Кровать прогнулась надо мной в последний раз, и родители встали со своего ложа. Через несколько мгновений я услышала звук закрывающейся двери, ведущей в ванную. И снова смех. О Боже.

Я быстро перекатилась по полу и встала. Дойдя на цыпочках до двери, я попыталась как можно тише выйти из комнаты.

Да! У меня получилось!

Как хорошо, что они меня не заметили!

Выйдя из комнаты родителей, я бесшумно прикрыла за собой дверь. Обернувшись, я вскрикнула от неожиданности.

– Чёрт, Тедди, что ты тут делаешь?

Он стоял прямо передо мной, меряя меня тяжёлым взглядом. На нём была одета майка и джинсы, а в руках он держал кружку с горячим чаем, из которой шёл пар.

– Это я хочу тебя спросить, что ТЫ тут делаешь?

– Я...

– Фиби, что ты делала в комнате родителей?! Судя по звукам, они… ты, что тоже с ними? – сказав это, он отпил глоток горячего чая.