– Ну что ж, пожалуй, я сделаю с Тобой, то о чём Ты просила, -пообещал Майлс.

– Спасибо, Господин.

Наконец он выпустил мои руки и, переступив через моё распластанное тело, встал на колени справа от меня. Затем его руки, умело и искусно, заскользили по мне. Уже через пару инов мне стало ясно, что не в состоянии сопротивляться ему, даже если он вдруг дал бы мне разрешение попробовать. Руки мужчину были уверены и опытны. Он знал то, что он делал со мной. Я лежала рядом, и беспомощно чувствовала, что вспышка моих рабских рефлексов, это всего лишь вопрос времени. Я вцепилась зубами в покрывало, ибо они уже разгорались во мне. Для меня не было секретом его намерение вынудить меня отдаться ему, с рыданьем и мольбой, как покорную рабыню. И я прекрасно понимала, что выбора он мне не оставит.

– Ты необыкновенно привлекательна, Леди Шейла, - прошептал он.

– Спасибо, Господин, - простонала я.

– И у Тебя рефлексы рабыни, - добавил он.

– Да, Господин. Спасибо, Господин.

Я не думала, что теперь это займёт слишком много времени. Но неожиданно для самой себя я дёрнулась всем телом прочь от его рук. Он сделал меня столь чувствительной к своим прикосновениям! Но Майлс не ударил меня, ни даже не обругал меня, но, также, он не дал мне и пощады. Он, также неторопливо, терпеливо и неуклонно продолжал процесс превращения меня в покорную мужской власти и ласке, содрогающуюся от удовольствия порабощённую самку. Теперь, своей левой рукой, просунутой под моей спиной, он удерживал меня на месте за моё левое плечо.

Я стиснула зубы от внезапно накатившей на меня злости. Какую же власть над нами держат в своих руках мужчины. И тут же расслабилась, желая только одного - чувствовать, и умолять сжалиться надо мной. Потом снова накатило отчаянное стремление сопротивляться. Высокий, чёрный, кожаный ошейник врезался в основание моего подбородка. Своей спиной я чувствовала каменные плитки пола под покрывалом. Он даже не позволил мне лечь на его кровати, он будет брать меня в ногах, на полу, под рабским кольцом.

Я снова выгнулась дугой. Мне на глаза попалось проклятое рабское кольцо. К нему был привязан чёрный поводок, другой конец которого заканчивался на моей шее.

Я была но привязи!

Я чувствовала его руки блуждающие по моему телу.

Я должна сопротивляться! Я должна сопротивляться!

– О-о-о, пожалуйста, Господин, - закричала я, - позвольте мне отдаться Вам, как покорённой рабыне! Я умоляю позволить отдаться Вам!

– Когда придёт время, - прошептал он. – Всему своё время.

Зверь! Бесчувственное животное! Я покажу ему! Я буду сопротивляться ему! Я отказываюсь чувствовать это! Я не позволю ему делать это со мной!

– Пожалуйста, пощадите меня, Господин! – заливаясь слезами, умоляла я.
– Я признаю, что покорена. Я покорена! Теперь я Ваша, как Вы и хотели от меня, я полностью Ваша рабыня! Я прошу только позволить отдаться Вам смиренно и бесстыдно. Позвольте мне дать Вам почувствовать, как беспомощно отдаётся извивающаяся от наслаждения рабыня!

Кем же была та, кто так бесстыдно, так беспомощно и дерзко выпрашивал милосердия господина? И я поняла, что она, та, что плакала и молила, была мной.

– Пожалуйста, Господин, - я стонала, рыдала, полностью сдавшая себя на милость победителя.
– Пожалуйста, Господи-и-ин. Пожалуйста-а-а-о-о!

– Леди Шейла, благородная и гордая Татрикс Корцируса желает отдаться мне как рабыня? – переспросил он.

– Да-а-а, Господи-и-ин, - простонала я.
– Я прошу этого! Я молю-у-у об это-о-ммм!

Наконец он вошёл в меня внезапно, резко и неистово.

Я, что было сил, вжалась в него.

– Пожалуйста! – прошептала я позже.

– Ещё нет, - сказал он.

Спустя несколько енов я снова стонала и молила его позволить отдаться ему.

– Еще нет, - стоял он на своём, и я застонала от разочарования.

Тем временем, Майлс изменяя ритм своих движений, снова и снова то выводил меня на грань экстаза, то вдруг резко останавливался, давая мне остыть и удалиться от заветной черты. Он повторял это снова и снова, словно издеваясь надо мной. Он не только показывал свою власть надо мной, но и получал огромное удовольствие от этого процесса.

– Приятно использовать Татрикс Корцируса для своего удовольствия, -усмехнулся он.

– Да, Господин, - прорыдала я с горечью.

И всё же я не могла отрицать того факта, что кроме унижения он вынуждал меня, также, испытывать огромное наслаждение, но его характер и количество полностью зависели от его желания.

По моим ощущениям прошла уже четверть анна, но кто мог сказать точно, сколько уже длилась эта пытка нахождением на грани почти невыносимого напряжения.

– Вот теперь, Леди Шейла, Ты можешь отдаться мне полностью, как рабыня, как Ты того и просила, - долетело до меня, наконец, долгожданное разрешение.