Я с трудом удержалась от импульса, встать перед ним на колени. Как же я ненавидела Дразуса Рэнциуса!

6. Сирик

– В Корцирусе есть ещё места, куда Ты меня не водил, - напомнила я Дразусу Рэнциусу.

– Возможно, - уклончиво ответил мне он.

– Два дня назад мы проходили мимо одного такого места, - напомнила я.

– Это не то место, откуда доносилась музыка? – уточнил мужчина.

– Да, - кивнула я.

Нелегко было бы забыть такую музыку, столь мелодичную, и столь же возбуждающую и чувственную.

– Там, внутри под эту музыку танцевала девушка, - объяснил он.
– Это была пага-таверна.

– И Ты не позволил мне войти туда, - обиженно сказала я.

– Когда в подобном заведении танцуют такие девушки, на них часто надеты лишь украшения или цепи, - сообщил он.
– Я думаю для свободных женщин, будет лучше не видеть, как они смотрят на мужчин, и как они перед ними двигаются.

– Понятно, - кивнула я, и спросила, - И что мужчины находят в таких женщинах?

– Именно в интересах той женщины, - усмехнулся Дразус, - чтобы мужчины нашли её привлекательной, и даже очень привлекательной.

– Понятно, - вздрогнула я, уже догадываясь, о чём идёт речь.

Интересно, а я сама смогла бы понравиться мужчине подобным образом, танцуя перед ним нагой, а затем, позже, если бы он заплатил моему владельцу мою цену, то и в алькове. Большинство девушек в таком месте, насколько мне известно, со слов Сьюзан, вообще-то не танцовщицы, стоимость их услуг просто входит в цену напитка. Я представила, что если бы я была танцовщицей в этой таверне, и за моё использование в алькове кто-то заплатил бы дополнительную плату, то я тоже постаралась бы быть особенно хорошей. Гореанские мужчины, я уже в этом убедилась, проследят, чтобы они получили обслуживание достойное потраченным монетам.

– Иногда я чувствую жалость к рабыням, к простым рабыням, -призналась я своему телохранителю.

– Не стоит этого делать, - предупредил он.

– Почему нет? – удивилась я.

– Как Вы сами сказали, они - просто рабыни, - объяснил Дразус Рэнциус.

– Конечно, - сказал я, с горечью в голосе.

– Леди Шейла сочувствует рабыням? – спросил он.

– Нет, - резко отказалась я.
– Конечно, нет!

– Хорошо, - кивнул мужчина.

– И что же в этом хорошего? – поинтересовалась я.

– Есть такая пословица, «та, кто сочувствует рабынями, уже примеряет ошейник на свою шею».

– Нет! – крикнула я.

– Это - только пословица, - успокоил он. – Её иногда ещё говорят по-другому – «та, кто сочувствует рабынями, сама – рабыня».

– Но это же нелепо! – возмутилась я.

– Несомненно, - не стал спорить Дразус Рэнциус.

– Но если бы я была рабыней, - сказала я, насмешливо, - Я предполагаю, что должна была бы повиноваться. Я должна была бы делать то, что мне приказали.

Я стояла почти вплотную к нему. Я казалась совсем маленькой по сравнению со своим огромным телохранителем. Его размеры и мужественность заставили меня чувствовать себя необычайно хрупкой.

– Да, - согласился он, глядя мне в глаза с высоты своего роста. – При таких обстоятельствах у Вас не было бы иного выбора, кроме как повиноваться. Вы должны были бы сделать всё, что Вам приказали.

Я отвернулась от него, внезапно испугавшись его пронизывающего взгляда, и снова оказалась лицом расстилавшемуся за стеной пейзажу. Тарны теперь уже справа от меня спокойно восседали на своих местах в ожидании седоков.

– Это удачно для меня, что я не рабыня, - засмеялась я.

– Да, - прищурившись, кивнул он.

– Но ведь солдаты, тоже, должны повиноваться, не так ли?

– Леди? – сразу напрягся воин.

– Это я к тому, что если я захочу пойти куда-нибудь, или сделать что-либо, я надеюсь ожидать, что Ты будешь относиться с уважением к моим пожеланиям, - пояснила я.

– Если Леди Шейла недовольна моей службой, - выпрямившись словно копьё, заявил Дразус Рэнциус, - ей достаточно только довести это до внимания Лигуриуса, первого министра Корцируса. Замена, возможно более угодная ей, будет немедленно предоставлена.

– Пока Ты назначен служить моим телохранителем, - напомнила я, - Ты повинуешься мне. Я сама решу, когда, или если, Ты будешь освобождён от твоих обязанностей, или даже если Ты должен быть полностью освобождён от обязательств на службе в Корцирусе.

– Да, Татрикс, - глядя сквозь меня, ответил он.

– Я вполне довольна твоей службой, - постаралась поскорее успокоить его я, - но мне хотелось бы, чтобы она была ещё лучше. Ведь, я - Татрикс Корцируса, не так ли?

– Да, Татрикс.