Гоблин вновь замолчал.

— А еще, — с горечью сказал он, — Толстяк вдруг понял, что жить в дырявом вигваме не так уж и здорово, как он считал раньше. Что медленно поджаривать в костре пойманного свиноморда — не самое лучшее развлечение. Толстяк много чего понял — слишком поздно…

— И что ты сделал?

— А что я мог сделать? Для людей я всего лишь еще один гобл, мерзкое зеленошкурое отродье. И самое смешное, эй-парень, — они правы, вся эта муть, — Толстяк с силой долбанул кулаком по лбу, — не мое, наносное, и сидит во мне как хреново пошитый костюм на кобыле. Но внутри-то я гоблин! Вот и представь себе…

Я честно попытался представить. Получилось не очень.

— Что, не выходит? Ну попробуй, — гобл хмыкнул, — вообразить себя негром, нет, лучше негритянкой. Хотя, — Толстяк с безнадежным видом взмахнул рукой, — все одно не выйдет. Спорю на сотню против дайма, ты даже не представляешь, сколько дверей разом закроется перед твоим носом.

— Зеленый… Толстяк, я… не знаю, что б я делал, откровенно говоря. К магам, наверное, сунулся бы или к церковникам… по части снятия проклятий Слуги Спасителя, говорят, неплохо поднаторели.

— Если что меня и спасает, — убежденно произнес Толстяк, — так это выпивка. Когда я упиваюсь вдрызг, уже не важно, сколько во мне от Майлза Симпсона-младшего, а сколько — от прежнего Толстяка. После трех-пяти бутылок мы с ним ведем разговор на равных. Ладно, ша, закрыли базар, — добавил он. — К нам гости.

Я успел наполовину вытащить револьвер, прежде чем понял, что гобл имел в виду не Сестричек, а пробирающуюся между валунов Лиссу.

— Что случилось?

— Ничего, — китаянка присела рядом со мной, — и это крайне подозрительно. Как твоя рана?

— Почти забыл про неё.

— Ну еще бы, — хохотнул гобл. — Как-никак, в эликсире был и настой из жженых листьев ычуги. Снимает боль и взбадривает, да так, что можно хоть башку оторвать, а все одно прыгать будешь.

— А плечо? — не обращая внимания на гоблина, спросила Лисса. — Болит?

— Говорю же, ничего не болит, — огрызнулся я, злясь главным образом на себя самого. Было чертовски обидно: геройский поход на встречу с дарко и все то хладнокровие, что я проявил в разговоре с ней, на деле обернулись просто какой-то бешеной травкой.

— С такими ранами нужен хороший целитель, — озабоченно сказала китаянка. — Иначе тебе будет сложно продолжать путь.

Месяц назад… да что там, еще пару дней назад я бы наверняка просто млел и пускал слюни — ну как же, обо мне проявляет заботу очаровательная девушка. Сейчас меня хватило лишь на кривую усмешку. «Хороший целитель»… «продолжать путь»… моя компаньонка проявляла еще и оптимизм на грани наивности. Ведь если в ближайшее время не случится какого-нибудь очередного чуда, нам будет нужен разве что хороший гробовщик.

— Что делают Сестрички?

— Они собирают растения, — сказала китаянка. — Но не могу представить, для чего именно. Крайне сомнительно, чтобы им удалось из пустынных трав соорудить нормальную фашину.

— Нормальную чего?

— Фигню наподобие снопа, её толкают перед собой, чтобы пули застревали, — пояснил Толстяк. — Но подруга права, из местной поросли такое не сварганишь. Мне смекается, что Линда будет проще, — пых, и все.

— Пых?

— Дождется ветерка в нашу сторону и запалит костерок. Им же надо только преодолеть склон, а уж в ближнем бою Сестрички разделают нас как слепых котят, даже белогривку. Не, как цыплят в яйцах, во!

— Считаешь, им удастся добыть настолько густой дым?

— Знаю, эй-парень, знаю. Фокус-то не нов, его придумали тролли чуть ли не в прошлую Эпоху. У Линды в седельных сумках наверняка сыщется нужный порошок.

— Сейчас почти полдень, — заметила китаянка. — После полудня здесь обычно наступает полный штиль, безветрие, которое тянется до самого вечера.

— Все так, подруга, но Сальватано может поступить и проще. Мы еще рядом с Пограничьем, а темные эльфы, грят, сильны в ритуалах некросов. Кролика или земляной белки хватит, чтобы приманить какого-нибудь мелкого орочьего божка. Ну и пообещать ему… — вскинув голову, Толстяк провел когтем большого пальца по горлу.

— Вызвать одно из местных божеств, — задумчиво переспросила Лисса. — Это было бы… интересно. Весьма интересно. Потому что у меня тоже может найтись тема для разговора с ним.

— Ну и что ты собралась ему предлагать, ы-ы? Амулеты из шерсти оборотня?

— Однажды мне уже довелось рассчитаться ими, — невозмутимо сообщила китаянка. — Их взяли… — Лисса замялась, подыскивая нужное слово, — за высокую цену. Сейчас я надеюсь обойтись куда меньшим.

— В прошлом годе у Нарви в лавке продавали цельную бошку оборотня, — гобл сплюнул и продолжил: — С месяц лежала, никто не брал, даж когда гномы скинули ценник до тридцатника. Потом кудысь задевали, но сама видишь, подруга — товар неходовой.