Он крепче обнял.

– Ш-ш-ш, милая. – Кажется, кровь у него стала, наконец, течь медленнее. – Дыши. Глубже дыши.

К ним подошел арлингтонский полицейский.

– Как вы, народ, в порядке?

– Я при исполнении. – Сэм показала ему значок, вытащив из порванного кармана. – Детектив-сержант Холланд. Городская полиция.

– Вы ранены, сержант?

– Вроде нет, но взорвалась моя машина. Мне нужно связаться с начальством.

– Я позвоню. – И коп вручил Нику одеяло: тот забыл, что одет только в домашние брюки, теперь порванные. – И пришлю парамедиков.

– Спасибо, офицер…

– Северсон.

– Спасибо, – повторно поблагодарила Сэм. Когда они остались одни, она посмотрела на Ника: – Прости.

– За что, черт возьми?

– За то, что это случилось у твоего дома. – Она всхлипнула и вытерла нос. – Никогда не думала, что и взаправду попытаются убить меня. Не представляла, что им хватит духу.

– Не смей передо мной извиняться, Саманта. Пострадала здесь ты.

– У тебя окна разбиты. У соседей тоже.

– Черт с ними. Это просто стекло. Можно заменить. А вот тебя… – Голос сорвался от волнения. Прильнув губами к ее макушке, он глубоко и судорожно вздохнул. – Ты незаменима. Мне надо было раньше понять. А у меня шесть лет на это ушло.

– Ник, – сбивчиво сказала она. – Мне полагается собраться и начать работать, но это все…

Сэм остановила взгляд на пожарных, тушивших то, что осталось от машины.

– С тобой больше ничего не случится. Я не позволю.

Все еще трясясь, она улыбнулась, повернулась к нему и смахнула засыхающую кровь с его брови.

– Ну и как ты собираешься это сделать?

– Глаз с тебя не спущу.

– Ник…

– Сержант Холланд? – обратился офицер Северсон. – Вас ждут парамедики.

– Мы еще не закончили, – сказала она Нику, махая медикам. – Поговорим об этом позже.

– Обязательно поговорим.

***

На удивление, травмы Ника оказались серьезней, чем у Сэм. Ему потребовалось наложить пять швов над левой бровью и швы на правой ноге после того, как врач вытащил несколько осколков стекла. Вдобавок Ник получил легкую контузию и слабую гипотермию за час, проведенный в полуодетом виде на холоде.

Сэм отделалась лишь шишкой на голове и ужасным синяком на грудине, которой встретилась с кустами. Когда до Сэм стало доходить, чем все могло бы кончиться, то ее затрясло по-настоящему. И тогда она решила, что лучше пока об этом не думать. Она стояла рядом с Ником, глядя, как пластический хирург накладывает швы ему на лоб, и каждый раз, когда иголка протыкала плоть, колени у Сэм подгибались. Ничего не пугало ее так сильно, как иголки, - даже самолеты.

Телевидение освещало публичное прощание с Джоном в Ричмонде со специальным репортажем о посещении гроба семьей О’Конноров за день до этого. Ник приклеился к репортажу, а Сэм не отрывала взгляда от иголки.

– У тебя останется шрам, – прошептала она.

– Ни в коем случае, – возразил врач. – Будет как новенький.

– Черт, – усмехнулся Ник. – А я-то надеялся на клевый шрамище.

– Не смешно, - оборвала его Сэм.

– Эй. – Он сжал ей ладонь. – Почему бы тебе не подождать снаружи? Ты бледна как привидение.

– Уж лучше я здесь подожду в компании с иголками, чем встречусь с тем, что ждет меня снаружи.

– С чем это?

– Я слышала, прибыли лейтенант и капитан, да и вездесущая пресса. Во всех новостях раструбят, что я провела с тобой ночь.

– Мы справимся, милая.

– Справляться буду я. Ты не говори ничего, понял?

– Я не позволю, чтобы тебя ставили к стенке за то, во что мы вляпались вместе.

– Ты штатский. И не поможешь мне, если будешь пытаться выиграть за меня сражения, Ник. Пообещай, что будешь сдерживать желание вмешаться.

– Или что?

– Пошлю Фредди, чтобы бросил тебя за решетку, пока не уляжется пыль.

– Ты не посмеешь.

– Уверен? – Она наклонилась к его разбитому лицу, но не слишком близко к игле. – А ты испытай меня.

– Я бы на вашем месте послушал леди, если не хотите еще заработать швы, - улыбнулся врач.

– Эта леди прискорбно заблуждается, если считает, что может командовать мной, как одним из своих арестантов, – заявил Ник, не отводя взгляда от Сэм.

– Ой-ой-ой, – протянула та. – Послушайте, как он плюет на приказы полицейского. – Сунув руку сзади за пояс, она достала наручники, защелкнула на Нике и, не успел он и глазом моргнуть, приковала к поручню кровати.

– Что за черт? – Он потянул за наручники, заклацав по металлическому стержню. – Проклятье, Сэм!

– Эй, не дергайтесь, если не хотите, чтобы иголка воткнулась вам в мозги, - предупредил врач.