Он выскочил без рубашки, с зубной щеткой во рту и с восхищением увидел, как соседка одним прыжком с мостовой перенеслась в дом.

В конверте находились два чека на имя Антонио и Нерии Торрес, выписанные страховой компанией «Среднезападный Ущерб» в Омахе, штат Небраска, на общую сумму 201 000 долларов. На корешках значилось «Ущерб от урагана».

Когда во второй половине дня приехал детектив Брикхаус, дом 15600 снова был пуст. «Шевроле» исчез, как и вдова Антонио Торреса. На дорожке возле проржавевшего «олдсмобила» валялся надорванный конверт «Фед-Экса». Сосед мистер Варга сообщил, что Нерия Торрес укатила, даже не попрощавшись.

Брикхаус сдавал свою машину задом, когда к дому подъехал арендованный автомобиль. Из него вышел худощавый светловолосый мужчина в круглых очках и бежевых ботинках «Хаш Паппиз», с коробкой шоколадных конфет «Уитмэн». С заднего сиденья машины доносился визгливый лай.

Детектив окликнул человека:

– Вы ищете миссис Торрес?

Мужчина замешкался с ответом.

Брикхаус представился. Человек постоянно моргал, словно у него засалились очки.

– Я не знаю никакой Торрес. Наверное, ошибся адресом, – сказал он и поспешил к своей машине.

Брикхаус высунулся в окно:

– Эй! А для кого конфеты?

– Для матери, – ответил Фред Дав, перекрикивая лай.

Почему он солгал? – думал Брикхаус, наблюдая за отъездом смутившегося человека. Даже наркоманы помнят, где живет мать.

Детектив хотел было проследить за парнем, но потом решил, что это будет пустой тратой времени. Тот, кто распял Тони Торреса, не наденет «Хаш Паппиз». Можно поспорить на пенсию.

На заправочной станции Августин припарковался у телефонной будки. Губернатор велел ждать и пошел звонить. Вернувшись, он напевал что-то из «Битлз».

– Джим жив.

– Ваш друг? – рванулась к нему Эди. – Откуда вы знаете?

– Есть номер, где мы оставляем друг другу сообщения.

– Рана серьезная? – спросила Бонни.

– Нет. Он был в жилете.

Августин радостно потряс кулаком. Все оживились, даже Эди. Сцинк сказал, что Бонни может позвонить матери, только быстро. Состоялся следующий разговор:

– Мама, кое-что произошло.

– Я догадалась.

– Между Максом и мной.

– О господи! – Мать старалась казаться обеспокоенной, но Бонни знала ее истинные чувства. – Что он сделал, милая?

– Ничего, мам. Это все я.

– Вы поскандалили?

– Понимаешь, я познакомилась с двумя необычными мужчинами. И кажется, в одного влюбилась.

– В свой медовый месяц?

– Так получилось.

– Чем он занимается?

– Он сам точно не знает.

– Эти мужчины опасные?

– Для меня нет. Мам, они совершенно ни на кого не похожи. У них очень… первобытное обаяние.

– Только отцу про него не стоит говорить.

Потом Бонни позвонила в свою нью-йоркскую квартиру. Вернувшись к машине, она сказала, чтобы ехали без нее.

– Макс оставил сообщение на автоответчике. – Бонни не смотрела на Августина. Не было сил. Она пересказала слова Макса. – Говорит, все кончено, если я с ним не встречусь.

– Все равно дело конченое, – сказал Сцинк.

– Прошу вас.

– Позвони и оставь свое сообщение. – Губернатор назвал место, время и участников встречи.

Когда Бонни положила трубку, Сцинк сделал еще один звонок. Они сели в машину, и Августин рванул с места, не жалея покрышек. Бонни коснулась его локтя. Он сдержанно и грустно улыбнулся.

На боковую дорогу свернули как раз вовремя. За озером Сюрприз движение на север застопорилось. Сцинк предположил, что полиция развела мост через Груперову бухту и поставила блокпост. По мнению губернатора, еще один будет у Кард-Саунд – как только с материка прибудет подкрепление.

– Так куда же мы едем? – спросила Эди.

– Потерпи.

Эди и Сцинк сидели на заднем сиденье. Губернатор держал на коленях чемодан от «Билла Бласса», который вытащили из багажника, чтобы освободить место для Щелкунчика в отключке.

– Водитель, верхний свет, роr favor! [74] – попросил Сцинк.

Августин потыкал в кнопки на приборной доске и наконец включил потолочную лампочку. Сцинк сломал замки чемодана и откинул крышку:

– Что у нас тут есть…

Полицейские просидели у Груперовой бухты всю ночь. Как и предсказывал Джим Тайл, ни черный джип, ни серебристый «кадиллак», отнятый у покупателя круглосуточного магазина в Ки-Ларго, не появились. Пострадавший француз сухо описал налетчика как «иллюстрацию из учебника по челюстно-лицевой хирургии».