РОБЕРТА. Да, уголовник. Валорэн. Я не буду касаться подробностей этой истории. Но у меня есть опасение, что этот тип собирается убить одного из моих близких родственников.

ЛАМБУРД. Ну, не срам ли это? До чего нынче преступники обнаглели!..

ГОРЭН. Падение морального уровня…

ЛАМБУРД. И где же нам найти этого негодяя?

РОБЕРТА. Он сейчас придет.

ЛАМБУРД. Тогда мы к вашим услугам. Уж будьте уверены! (Смеется, затем серьезно.) Мадам Бертолье, прежде чем мы перейдем к подробностям, вы должны понять одно: мы не кто-нибудь…

РОБЕРТА. Ни минуты не сомневаюсь.

ЛАМБУРД. Так вот. Мы не настоящие полицейские. В этом и преимущество. Улавливаете? А в полиции вам сразу прилепят дело на задницу!

ГОРЭН(укоризненно). Ламбурд!

ЛАМБУРД. Я хотел сказать: на вас заведут досье. Вы уж извините. Не всегда ведь попадаешь в высшее общество. Сами-то мы люди воспитанные, однако порой срывается словечко…

ГОРЭН. Но редко. Очень редко.

ЛАМБУРД. Вы мне скажите, мадам Бертолье, что в наше время убийц сколько угодно. Но есть (мягко) убийцы и (пренебрежительно) убийцы… Те, например, что работают на правительство. Вот, например, предлагают кого-то убрать во имя великих принципов и спасения родины… Хорошо. Убираем. Падает министерство, или меняется правительство. И какой-нибудь следователь на допросе спрашивает: «Да, кстати, расскажите-ка, что вы знаете о мадам Бертолье?» Вот ведь как! А у нас полная тайна. Улавливаете? Мы политикой не занимаемся. Правда, Горэн?

ГОРЭН. Политикой — никогда! Но это не мешает нам иметь собственное мнение о будущем нашей страны.

ЛАМБУРД. А еще есть другие… Эти используют технический прогресс… всякие там бомбы замедленного действия… А мы все делаем своими руками.

ГОРЭН. Мы сумели сохранить лучшие традиции ремесла.

ЛАМБУРД. И все шито-крыто!

РОБЕРТА. Все это очень хорошо. А сколько же составит ваше… ваш гонорар?

ЛАМБУРД. Принимая во внимание все вышесказанное, никак не меньше пятисот тысяч. Как, Горэн?

ГОРЭН. И никому не рассказывайте, что так дешево. Иначе вы нанесете ущерб фирме.

РОБЕРТА. Пятьсот тысяч? Вы шутите! Если это ваше последнее слово, я обойдусь без ваших услуг.

ЛАМБУРД. Как вам будет угодно, мадам Бертолье. Мы постараемся забыть, с чем вы к нам обращались. Правда, Горэн?

ГОРЭН. Постараемся.

РОБЕРТА. Но я не могу дать того, чего у меня нет. У меня всего двести тысяч.

ЛАМБУРД. Ну, ну, мадам Бертолье… Вы принимаете нас за начинающих.

РОБЕРТА. Вы же сами говорите, что нет никакого риска.

ЛАМБУРД. Вот за это-то и платят, милая дамочка.

РОБЕРТА. Вам это зачтется. Убийство опасного преступника — святое дело.

ЛАМБУРД. Святое-то оно святое… Но у нас есть совесть, пупочка моя. Валорэн-то невиновен.

РОБЕРТА. Но он приговорен к смерти!

ЛАМБУРД. Да, мое сокровище, приговорен! Но он невиновен. И мы это знаем. Верно, Горэн?

ГОРЭН. Да, нам это известно.

ЛАМБУРД. Жаль, что мы не сошлись в цене. А нам бы хотелось поработать для такой куколки. (Гладит ее колено.)

РОБЕРТА(кокетливо улыбаясь, слегка хлопает его по руке). Нехорошо, мсье Ламбурд! Берите пример с Горэна. Смотрите, как он ведет себя. Такой умница! (Подходит к Горэну, наклоняется, поправляет чулок.) Ну, Горэн, пожалейте меня! Двести тысяч — это же немало?

ГОРЭН. Что ж… если у вас нет больше…

ЛАМБУРД(перебивая). Деньги, конечно, вперед.

РОБЕРТА(достает из кармана пачку денег). Вот. Держите. Можете пересчитать.

ЛАМБУРД. Мы не какие-нибудь хамы, мы доверяем хорошеньким женщинам. Может быть, накинете тысяч пятьдесят?

РОБЕРТА. Нет.

ЛАМБУРД. Ну, хоть двадцать пять?

РОБЕРТА. Нет, нет!