Добравшись до замка, мы были поражены: темные, полуразрушенные каменные стены с явными следами горения, от которого частично оплавлялись даже камни, врезались в темнеющее небо острыми зубцами, словно разрывая сумеречный воздух. Огни подсветки, имитирующие свет факелов, переносили воображение во времена короля Ричарда II и рисовали картины захвата замка восставшими крестьянами под предводительством Уота Тайлера. Словно наяву виделись врывающиеся в замковые ворота вооруженные люди, полыхающие огнем справедливого, по их мнению, негодования. Они крушили все вокруг, срывали со стен дорогие гобелены и убивали всех, кто попадался им в коридорах замка… От этих картин по спине пробегал холодок, но даже в своей средневековой жестокости замок был прекрасен.

Уже совсем стемнело, когда до нас дошло, что пора бы найти место для ночлега. Возвращаться в Лондон уже не было смысла, да и ехать по ночной трассе было попросту страшно. Но Джереми сказал, что рядом с руинами есть оборудованный кемпинг с домиками для туристов. Недолго думая, мы с Алисой запрыгнули за спины парней, и мотоциклы с ревом сорвались со стоянки.

Каждый раз, садясь за спину Тома и наблюдая, как Лиса садится за спину Джереми, меня охватывало странное чувство, словно так не должно быть. Я привыкла всегда быть в седле, контролировать дорогу и отвечать за то, что я делаю. А тут – меня везут на моем же мотоцикле. И стиль вождения у Тома, вкупе с умением управлять двухколесным зверем, гораздо лучше моего. Кстати говоря, мне так понравилось кататься пассажиром за широкой спиной мужчины! Удобно, ветром не сдувает даже на ста тридцати, и вообще… Сидеть в седле за таким мужчиной и не получать от этого удовольствия просто невозможно!

Подъехав к кемпингу, мы обнаружили, что свободен только один домик с двумя кроватями, а палатку мы с Алисой опрометчиво оставили в гостинице. Спать на мотоциклах нам, естественно, никто не позволил. А так бы запросто, благо опыт ночевки под открытым небом мы приобрели еще в Белоруссии, когда застряли в чистом поле на дороге до Бреста.

Сняв доставшееся волей случая жилище, мы развели костер в специально предусмотренном для этого очаге у дома и уселись вокруг, глядя на огонь. Есть не хотелось, но вот выпить чего-нибудь горячего было бы нелишним.

Том откопал на маленькой кухоньке, имевшейся в домике, чайник и кружки, а мы с Алисой прошлись вокруг и нашли место, где можно набрать воды и взять чайную заварку. Подвесив чайник над огнем, я потуже запахнула куртку и подобрала ноги. Нет, спать под открытым небом было бы вообще не здорово.

– Замерзла? – Том, усевшийся рядом, обеспокоенно посмотрел на меня.

– Так, немножко. Сейчас согреюсь, – я ободряюще улыбнулась ему и выправила руки из рукавов. – Эх, гитары не хватает...

– Гитары? – он удивленно приподнял брови. Мы с Алисой переглянулись и подумали, видимо, об одном и том же.

– Гитары, гитары. Дашка у нас отрядная певица. Как народ вечером у костра соберется, она гитару – в руки и на полночи всякий русский рок петь, – Алиска хитро улыбнулась, игнорируя показанный мной втихаря кулак.

– Даша, ты же говорила, что не умеешь петь? – выражение лица Тома в этот момент можно охарактеризовать одним словом: «спалили».

– А я и не умею. Просто любой уважающий себя археолог знает простые гитарные аккорды, а чтобы петь то, что поем мы в экспедиции, вокальный талант особо не нужен, – я улыбнулась и тряхнула волосами, чуть виновато глядя на Тома. Ну, кто меня за язык тянул?..

– Так, девочки, кто хочет глинтвейн? – из темноты как по волшебству появилась сначала улыбка, а потом и сам Джереми, держащий в руках небольшой термос.

– Где ты его взял? – Алиса подпрыгнула, забирая у него из рук термос и освобождая место рядом с собой. Я наблюдала за этой сценой с долей умиления: надо же, моя лучшая подруга, которую я знаю страшно сказать, сколько лет, ведет себя как влюбленная девчонка. И, что самое главное, смотрится это поведение очень органично. Первый раз ее такой вижу.

– У хозяев кемпинга. Термос надо будет утром отдать. У них можно еще и гитару в аренду взять, – он разлил глинтвейн по кружкам, а по заблестевшим глазам Тома я поняла, что попала.

– Где, говоришь, дом хозяев?.. – Том поднялся и направился в сторону, в которую указал ему приятель.

Минут через двадцать он вернулся, держа в руках акустическую шестиструнку светлого дерева с черным лакированным грифом. Улыбка, игравшая на его лице, могла запросто поспорить с улыбкой Чеширского кота периода близкого общения со сказочной Алисой.

– На! – он вручил мне гитару и плюхнулся рядом. – Даша, я хочу послушать, как ты поешь.

– Том, я не умею петь! – я мотаю головой в попытке все-таки отмазаться от проявления отсутствующего певческого таланта, но меня беспардонно перебивают доносящиеся со всех сторон вопли:

– Я что, зря за гитарой ходил? – убийственная доля иронии в голосе заставила меня нахохлиться, словно обиженного воробья.

– Даша, я тоже хочу послушать!

– Дашка, прекрати ломаться, я подпою! Играй давай! – сидящая напротив Лиса подмигнула мне и поближе придвинулась к Джереми.