тут судьба была благосклонна, он работал. В белье я села на

постель и набрала номер Винса.

— Привет, — натянув улыбку, начала я.

— Привет? Только привет? Оливия, где тебя носило? Я

миллион раз звонил тебе…

— Винс, прости, просто необходимо было побыть одной. С

папой поругалась, да и, вообще, хочу побыстрее уехать, —

перебила я его.

— Могла бы позвонить мне, или приехать, я ждал тебя, —

недовольно произнёс он, а я скривилась.

— Я не помнила твой номер, как и адрес, ушла из дома без

вещей, ночевала в отеле, — объяснила я.

— Мда, видно, это была серьёзная ссора, — подытожил он.

— Да, но сейчас вроде все нормально, и тебя приглашают

сегодня на семейный ужин к нам, — вздохнула я.

— Меня? — удивился он.

— Ты же мой парень, — усмехнулась я. — Конечно, если ты

против, то я так и передам…

— Нет, я приеду, — перебил он меня. — Оливия, ты назвала

меня своим парнем? Я не ослышался?

— Всё верно, — подтвердила я, а сердце кольнуло от этой

лжи. — И если что, то я была с тобой все время. Не хочу, чтобы

мы снова поругались с папой.

— Там был он? — зло спросил Винс.

— Кто он? — я сделала вид, что не поняла его.

— Твой брат. Гарри, — я даже через телефонную связь

ощущала, как он раздражён.

— Нет, конечно, зачем ему надо было быть там? — спросила

я.

— Он звонил мне, спрашивал, где ты, я сказал, что со мной.

Оливия, если ты играешь со мной, только чтобы этот урод не

имел проблем с законом…

— Да прекрати, Винс, — оборвала я его. — А если я скажу,

что хочу выйти за тебя замуж, то есть обдумываю это, ты

успокоишься? Гарри был моей прошлой любовью, а точнее,

каким-то увлечением, и всё.

— Правда? — с сомнением спросил он.

— Да, — передёрнула я плечами. — Расслабился?

— Не совсем, — усмехнулся Винс. — Во сколько ужин?

— В восемь, — ответила я облегчённо.

— Хорошо, красавица моя, я буду, — сказал он, и я закрыла

глаза.

— Тогда до вечера, — я сбросила звонок, пока не началась

новая волна ревности.

Я посмотрела на телефон и отбросила его на постель.

Господи, да почему все так сложно? Почему я чувствую себя

настолько грязной, как будто меня мариновали в земле? Даже

привкус ощущается на языке.

А что будет после? Я даже себе доверять не могу. Вдруг

сорвусь? Ведь у меня теперь столько врагов: Кристалл, отец,

Винс. Захотелось спрятаться и больше никуда не выходить. Но

это было глупо. Вот чем отличается детство от взрослой жизни,

тебе приходится отвечать за каждое сказанное тобою слово и

принятое решение.

Мотнув головой, я решила огородиться от мыслей и встала,

направляясь к шкафу, уже обдумывая, чтобы надеть.

Я собиралась на это свидание ещё хаотичнее, чем в ресторан.

Перемерив кучу всего, я натянула джинсы, блузку и подхватила

кардиган с сумкой. Быть самой собой с Гарри — вот моё

решение. Никакого притворства. С ним можно было

расслабиться, потому что он, я надеялась, любил меня такой,

какая я есть. А не красивую упаковку с хорошими связями.

Ровно через два часа я вышла за ворота и огляделась, не

заметив машины Гарри, я нахмурилась. Но через несколько

секунд передо мной остановилась чёрная спортивная ауди, и

стекло опустилось. Я уже была готова сказать всё, что думаю о

нахале, желавшему подцепить меня, как проститутку. Пока не

услышала знакомый низкий голос:

— Малышка, у тебя слишком прозрачная блузка.

Я закатила глаза и улыбнулась, открывая дверь машины, и

плюхаясь на сидение. Да это был Гарри, в красном поло и чёрных

джинсах, с блеском глазах и широкой улыбкой. И как можно не

любить его? Такого невероятного и желанного?

Его любили миллионы женщин, — напомнило нутро, но я

отмахнулась от этого замечания. Ведь важно то, что он тут со

мной. Правда?

— А почему ты не на мерседесе? — спросила я.

— Он разбит, в меня стреляли, и я вписался в столб, —