– Мы и так проиграли, – устало заявила я. В памяти всплыли ужасные моменты моего последнего пребывания в компании. Внутри все сжалось от презрения к себе и разочарования. Сейчас я понимаю, что поступила глупо, но тогда мне это казалось правильным. Почему меня никто не остановил?

– Бой – возможно, но не войну, – строго произнесла мама. Она всегда старается найти выход. Как же я ей горжусь и как же люблю. “Война” – страшное слово, особенно для беременной.

– Какую войну, мама, что ты говоришь?! У меня живот как воздушный шар, из-за которого я собственных ног не вижу, а ты говоришь о какой-то войне.

– Белла, ты правда не понимаешь, к чему все это идет?! – сказала Рене так, как будто мне шесть лет.

– Нет, просвети меня.

– Карлайл хочет лишить тебя контрольного пакета акций, – тяжело вздохнув, пояснила она.

– Мам, это невозможно. У нас с Э.., – при упоминании его имени в горле образовался тугой комок, – кхм, Эдвардом, равные права. Карлайл сам так хотел.

– Хотел, но все меняется.

– Я не понимаю, что ты говоришь! С чего ты вдруг решила, что Карлайл хочет отобрать у нас компанию?

– Белла, я просто знаю это. Очень много рабочих, и в главном офисе в том числе, любили и уважали твоего отца. Проверенный человек сказал мне, что Карлайл что-то готовит. Что именно, они не уверены. Но тут и так понятно. Белла, компания вышла из кризиса на полгода раньше, чем предполагалось. Шесть месяцев – это вроде бы пустяки, но не для такой империи, и, чтобы эта империя вошла в нормальный ритм работы, нужные очень большие средства. Ты думаешь, Карлайл вложил свои сбережения просто так?!

То, что говорила Рене, имело смысл, конечно, но я о таком никогда не думала. Карлайл всегда был и остается очень справедливым человеком. Я даже и предположить не могла, что он способен на такое. Хотя Рене тоже не уверена на его счет. И все эти загадочные люди, с которыми она созванивается... Я так не хочу вновь во все это встревать.

– Белла, ты поедешь на это собрание. Будешь вести себя так, как подобает дочери Чарли Свона. Пусть он знает, что мы готовы ко всему. Даже к войне. Несмотря на свое положение, ты сможешь постоять за себя. В конце концов, ты должна обеспечить жизнь своему ребенку.

– Мам, а как же я?! Как же мои личные чувства?! Тебя это не заботит? Что я скажу Эдварду, когда он увидит меня с животом?! – это то, о чем я даже думать не хотела, и уж тем более не желала представлять этот страшный разговор и встречу.

– Если ты не готова к разговору, ничего не говори. В конце концов, ты вернулась не ради него. Ты приехала, как и все акционеры, на собрание, и, так же как и остальные, после него уедешь. Все.

– Ладно, мам, я устала, хочу немного отдохнуть. Я подумаю над всем этим, – сказала я, немного слукавив. Мне просто надоел этот бессмысленный разговор. А расстраивать Рене и расстраиваться самой мне не хотелось.

– Хорошо милая, отдыхай. Я надеюсь, что ты примешь правильное решение, – тепло улыбнувшись, быстро проговорила мама и, поцеловав меня в щечку, вышла из комнаты.

Эдвард POV

Собрание...

Все словно с ума сошли из-за него. Ну, обычное собрание акционеров, так нет же, Элис планирует сделать из этого масштабное мероприятие. И самое главное, ее абсолютно невозможно остановить. Тысячу раз ей объяснял, что сейчас не время праздновать. Компания только встала на ноги, мы не можем позволить себе опять расслабиться. Второго шанса на восстановление у нас не будет.

– Да-да, у меня почти получилось! – запищала она, ворвавшись в мой кабинет.

– Элис, мать твою, это кабинет президента! В приемной висит табличка, если ты не заметила. Меня бесит, когда ты вот так вот врываешься в мой кабинет. И я не посмотрю, что ты моя сестра, а просто выставлю тебя вон!

– Помолчи, братец, – отмахнулась она и присела на край моего стола, – я пришла тебе сказать, что Белла будет здесь. Ну, она, конечно, прямо не сказала, но ты же меня знаешь, я не отступлю, пока она не согласится. Так что это можно считать почти решенным вопросом, – затарахтела сестра, но мое сердце после первой фразы перестало биться. Белла будет здесь… Она приедет. Не могу в это поверить. Неужели я наконец-то смогу ее увидеть. Я так давно мечтал об этом.

– Эй! Ты здесь?!

– Да, что?

– Я говорю, ты рад?! Хотя, судя по твоему выражению лица, очень даже.

– Элис, мне... Мне нужно работать, – соврал я, лишь бы она поскорее оставила меня одного.

– Хорошо. Только, Эдвард, не забудь привести себя в порядок. Просто посмотри, в кого ты превратился! Эту рубашку ты не менял уже два дня. А с волосами что?!

– Элис! – прошипел я.

– Ой! Какой ты зануда. Ухожу, – сказала она и, демонстративно поклонившись мне, вышла.