– А Каллен? – спросил Лоран.

– Каллен тоже не проблема. Он падок на алкоголь и женщин, это его и погубит, – пояснил Джеймс, и в телефоне послышался легкий смешок.

– Последний вопрос... Как там наш общий знакомый? Он уже у тебя?

– Ты о Деметрие? Нет, кажется, машина, в которой он ехал, попала в аварию. О-у-у-у, – протянул Джеймс, – в новостях показывали место происшествия... Столько крови... Вряд ли бедняга выжил. Как жаль, но что поделать, времена сейчас такие.

– Ты же говорил, что он нам нужен.

– Больше нет.

– Я понял, брат, меня это не касается. Значит, ты решил действовать тихо и медленно? Я правильно понял?

– Безусловно.

– Ладно, до связи, – ответил Лоран и положил трубку.

Некоторое время в машине царила тишина.

– Ты все слышал, – наконец сказал он мужчине, сидящему на пассажирском кресле.

– Слышал, – повторил мужчина, выключая диктофон. Теперь у него было прямое доказательство того, что Джеймс совершил убийство. На записи достаточно материала, чтобы этот подонок сел в тюрьму, притом надолго.

– До связи, – проговорил мужчина Лорану и вышел из автомобиля. Впервые в жизни он чувствовал настоящее облегчение.

Человек, который давным-давно убил его лучшего друга, вот-вот расплатится за это.

Карлайл POV

Друг. Тот, кто становится тебе родным. Мы часто не ценим своих друзей, принимая их, как должное. У меня был один-единственный друг – Чарли Свон. Я всегда мог на него положиться, и он мог доверять мне. Но то, как много он значил для меня, я понял, к сожалению, только после его смерти. Точнее, я долгое время думал, что он действительно умер сам.

После того, как Чарли завещал мне свой дневник, мир для меня перевернулся. Мой друг не умер – его убили. И он знал об этом. Он писал, что за ним все время следят, были даже звонки с угрозами. Но он не пошел в полицию, даже мне не сказал, и семью свою беспокоить не стал. Он хотел вычислить того, кто покушается на него и его близких, и когда он все-таки выяснил, кто это, его убили. Я так долго ждал, когда же Джеймс объявится. И вот настал этот час. У меня уже достаточно улик против него. Дневник Чарли; его подставные крысы, которых я давно вычислил, что согласились дать показания в суде; Лоран, который с самого начала помогал мне, притворяясь, что он заодно с Джеймсом. А теперь и эта запись. Уже завтра я пойду в полицию с доказательствами и отомщу за своего друга. А пока нужно забрать Эсми и отдохнуть. Это был очень длинный день.

На входе в компанию меня чуть не сбил с ног Эдвард.

– Прости, пап, – запыхавшись, протараторил он.

– Эдвард, сынок, ты куда-то спешишь? – обеспокоенно спросил я. Даже не помню, когда в последний раз видел его таким… Странным.

– Да, мне нужно к Белле, – ну вот еще. Самое глупое решение, принятое моим сыном. Как он не понимает, что сейчас не время?!

– Не нужно ехать вслед за ней. Это только усугубит ситуацию. Имей ты хоть капельку мужского достоинства. В конце концов, ты же Каллен.

– А “Каллен” – это, я так понимаю, приговор?!

Я прав, эмоции управляют им, ему нельзя никуда ехать.

– Не дерзи! Мисс Свон совершила ошибку, за которую с лихвой поплатилась. Еще никто не выступал против нас. Ты должен понять, что мы семья. Мы едины. Нерушимая сила! К тому же, почему именно сейчас ты решил исправить ситуацию? На собрании ты был нем, как рыба.

– Плевать я хотел на семью, мы её обидели. Мы поступили жестоко! На собрании я не знал, как себя вести, мы с ней поругались. Знаешь, папа, если “быть Калленом” означает быть таким, то я с удовольствием откажусь от всего этого, да и от фамилии тоже! – уже чуть ли не кричал Эдвард.

– Прекрати вести себя, как пятнадцатилетний подросток. Да, возможно, мы её обидели, но она заслужила. Эта девчонка прыгнула выше своей головы. Я преподал ей урок. Позже она поймет, что поступила глупо, и ты это знаешь. Если бы мы ничего не сделали, неизвестно, что бы сейчас было с компанией.

Обстановка вокруг накалялась. Все старались обходить нас – никто не хотел попасть под горячую руку.

– Мужчины, о чем говорите? – спросила подошедшая к нам Эсми.

– Объясняю нашему сыну, что не нужно бежать вслед за Изабеллой, – громко и уверенно произнес я. Я был прав. И неважно, что сейчас сын прожигает дыру во мне пристальным взглядом.

– Милый, – тихо прошептала Эсми и подошла к Эдварду, – отец прав. Она оскорбила нас, тебя. Поехали домой. Мы так давно не говорили. Прошу тебя, поедем.

– Мама, неужели и ты туда же? – удивленно спросил Эдвард. Он не мог поверить, что Эсми, любящая мать, потакающая ему во всем, станет что-то запрещать. Но я ее понимал. Она защищает своего ребенка. – Это неправильно.

– Сынок, нужно просто переждать. Все забудется. Я вот, например, уже стала забывать голос своего сына. Пойдем, отвези меня домой, – нежно проговорила моя жена, взяв сына за руку. Она умеет уговаривать.