– Ладно, давай не будем препираться. – Алекс вздохнул и скучающе посмотрел в потолок, где аккуратным рядком висели пучки сухих трав – свидетели таинственных дел сестры-лунатки. – Я пришел по другому поводу…

– Из-за Тима?

Алекс закрыл глаза. Вздохнул – медленно, протяжно.

– Х-барьер дал отличные результаты, – верно расценила его молчаливый интерес Селестина. – Тим не только легко справился с психофизическими нагрузками, но и, хм… звезда, которая его выбрала, оказалась очень даже сильной.

– Что за звезда? – все так же не открывая глаз, произнес Алекс. – Неужели сам Арктур?

«И Арктур тоже», – ухмыльнулась про себя Тина.

– А разве отец не рассказал тебе? – спросила она вслух, и тень неясной догадки скользнула по ее лицу. – Ему ведь был направлен отчет. Неужели твой папаша не посвятил тебя в подробности? Ну и ну…

– Так какая же звезда? – процедил парень, не открывая глаз.

Тина не ответила. Не будет она рассказывать подробности, которых нет даже в отчете. Но все-таки интересно, о чем сейчас думает Алекс? Будет дальше расспрашивать? Неужели и вправду пришел только из-за Тима? Эх, жаль, никак нельзя применить к лунату веер…

– Послушай, – медленно произнесла она. – А как у вас происходит Х-барьер? Вот будущего астра выбирает звезда – его двойник, путеводный символ жизни, небесная проекция… а у вас?

Неожиданно Алекс легко потянул ее за руку, и она, дивясь своей послушности, прилегла рядом с ним. Светло-зеленые глаза с хищными желтыми огоньками оказались слишком близко, и Тина почему-то совсем оробела.

– Мы купаемся в лунной воде, – тихо прошептал он. Его пальцы медленно заскользили по ее тонкой руке. – В огромной железной чаше, похожей на бассейн… Когда наступает полнолуние и Луна красиво отражается на серебристой глади воды, будущий лунат окунается с головой и должен пробыть в воде, пока Жрец произносит древний ритуальный текст обряда, пробуждающий двуликое подсознание. После происходит первое появление крыльев.

Тина вспомнила Лидину трансформацию и закусила губу – ужасное зрелище.

Алекс будто почувствовал – в его взгляде появилась насмешка.

– Вы, астры, лишены возможности свободно парить над землей. – В его голосе отлично угадывалось пренебрежение или же превосходство. – Ты бы знала, как это здорово – летать. Ни одно наслаждение в жизни не сравнится с этой способностью. Ты бы знала, какое это чувство… Ощущение полной свободы. Радость, счастье, власть, смысл… Просто хорошо. Очень, очень хорошо.

«Я отлично знаю, как это», – чуть не сорвалось с ее губ. Но она вовремя сдержалась. Хватит с нее откровенностей.

– Как жаль, что ты астра, Селест.

«Еще несколько недель назад ты говорил обратное». Тина вдруг ярко вспомнила безлюдное пространство многоэтажки и легкий укус на шее.

«Жалко, что ты не астра…»

Светло-зеленые глаза вдруг сощурились, на миг превратившись в узкие змеиные щелки. Тина даже сообразить толком не успела, что произошло, как была перевернута на живот и прижата щекой к мягкой подушке, еще хранившей тепло Алексовой спины. Его рука осторожно, но крепко держала ее за затылок.

– Отпусти немедленно!

– А если нет, то что? – Его голос прозвучал едко и насмешливо. – Тяжело в такой позе запустить кометой… Или этими вашими… звездами? Ребята говорят, что ты здорово жонглировала какими-то плоскими светящимися кругляшами.

– Это были астродиски, – процедила Тина и сделала рывок. Краткий миг торжества, и вот – голова опять прижата к подушке, но уже другой щекой.

– У тебя красивая спина, – задумчиво произнес Алекс. – И я наконец-то вижу твою серебристую нить…

– Я закричу!

– Никите я приказал не вмешиваться, – лаконично ответил Алекс. – А остальных же нет…

– А если он тебя не послушается?

– Никита? – Казалось, лунат искренне удивился. – Он сделает все, что прикажу… Хотя, признаться, он к тебе немного неравнодушен. Ну, понятно, все-таки близкий родственник. Брат. А тут такая красивая и таинственная сестра. Даром, что всего лишь астра, да. Жаль.

– Отпусти. Мне неудобно.

– А что мне за это будет?

– Ничего.

Он наклонился и поцеловал ее в затылок, а после – в шею. Нежно и очень приятно. Против воли Тина прекратила вырываться. Алекс почувствовал ее податливость: нежно прикоснулся языком ровно к седьмому позвонку – словно проверял едва пробивающуюся пульсацию серебристой астральной нити. Тина в ужасе напряглась – а вдруг он задумал… Ведь признался же тогда, на крыше… Но парень изменил тактику – язык медленно проскользнул вдоль хребта до самого выреза маечки. Опять поцелуй – нежный и осторожный, словно бы он «пробовал» ее кожу на вкус.

– Сделать массаж? – вдруг буднично спросил он.

– Нет! Отпусти.

– Ну что ты все отпусти да отпусти, – почти обиделся он. – Я же не делаю ничего плохого…

В доказательство он потянул наверх ее маечку: ловкое движение пальцев – щелкнул замок лифчика. Его рука перестала сдерживать девушке затылок – скользнула к плечу. Пальцы осторожно прошлись по спине, поглаживая, задержались на талии.

Остановились. Алекс выжидал.

Но Тине стало интересно. Как он поведет себя дальше.