Я лежала абсолютно голая и смотрела на него. Как он одевается… на его прекрасное тело… Гай еще раз подошел ко мне и, нагнувшись, поцеловал в губы.

– Спи… – прошептал он и тихо вышел из помещения.

Я осталась в полном одиночестве. Что теперь будет? Как закончится этот вечер? Я, вдруг, осознала, что мы можем не выйти отсюда живыми. Они сказали: “Дан приказ стрелять на поражение”. Значит… нас придут убивать.

Я резко села на кровати. Раз так… то я хочу каждую секунду… каждую последнюю секунду быть с ним рядом… И… если… нас убьют… я умру вместе с ним… Больше не отпущу… не дам уйти!

Я нашла свои вещи и оделась. Посмотревшись в большое зеркало на стене, немного пригладила растрепанные волосы. Мой взгляд зацепился за повязки на запястьях. Уставилась на них, словно увидела впервые. Да… я не задумываясь брошусь в огонь и в воду… за ним… Я это знала всегда… С самых первых наших встреч…

Тот момент, когда я налетела на него возле своего дома… когда впервые упала в его объятья… такие сильные и вместе с тем нежные… осторожные…

Тогда… что-то щелкнуло в моей душе… как выключатель… как будто я спала до того момента…

Я покинула спальню и спустилась вниз. Меня тянуло к нему с невероятной силой и секунды без него казались вечностью.

Я нашла их на просторной кухне. Как и все в этом доме, она была оборудована с исключительным вкусом. Желтые стены, пол, покрытый эксклюзивной плиткой в черный и красный квадрат, специально “состаренный”, темно-красная плита с тумбочками, соединенные одной цельной столешницей, деревянный стол посередине помещения, вокруг которого стулья, покрытые на сиденьях коричневой кожей, а на спинках красным клетчатым материалом, таким, каким обита мебель в гостиной.

На столе лежала большая желтая голова сыра и рядом с ней стояло несколько бутылок вина и… четыре автомата.

– А я тебе говорю, это не гадость, а настоящий французский сыр! – громко поучал Аниса здоровяк.

За столом сидели Борис с Анисом и Богдан. Мирослав же стоял немного поодаль, прислонившись к столешнице возле плиты. Ягудины и Борис уже были в бронежилетах.

– Это Мимолет – жесткий сыр, его делают на севере Франции, – продолжал поучать Борис молодого Аниса, который с недоверием разглядывал кусочек того самого сыра у себя в руках.

При моем появлении разговоры сразу прекратились. Гая нигде не было видно.

– А, Анечка! Проходи! Тебе стоит попробовать это деликатес, что мы извлекли из подвала француза! Только не морщи нос, пожалуйста, как этот желтоусый юнец! – позвал меня Борис.

– Спасибо, не хочется сейчас есть, – помотала я головой.

– А тебе надо было бы, – раздался из-за моей спины голос Гая.

Я почувствовала, как его рука легла мне на талию, а сам он вдруг оказался рядом со мной. Он уже успел переодеться. Изысканные брюки и рубашка куда-то испарились, а на их месте теперь была военная форма, тоже черная: штаны, военные сапоги, майка с коротким рукавом и сверху бронежилет.

– Ты, когда последний раз ела? – спросил он меня.

Я пожала плечами. Честно признаться, сама не помню. Казалось, утро, когда я в последний раз вышла из дома, было в прошлой жизни.

Гай подошел к столу, откупорил одну бутылку красного вина и налил пол бокала. Протянул его мне:

– Выпей, это немного успокоит и вернет аппетит, – приказал он мне.

Я даже не думала сопротивляться. Все, что он скажет, я была готова принимать, как непреложную истину.

Осушив бокал, почувствовала, как тепло разливается по всему телу. Щеки тут же загорелись. Гай заставил меня принять и сыр. Действительно, вино как будто пробудило меня и я почувствовала, насколько же голодная была в тот момент.

Случайно поймала на себе взгляд Мирослава. И мне почему-то стало очень стыдно. Словно… словно я его предала. Хотя… он знал, с самого начала знал, что я жду только Гая. И я просила его забыть. Не надеяться ни на что. Но он все равно стоял и смотрел на меня, как на сбежавшую невесту. Но, это же нечестно! Я ничего ему не обещала! Зачем он это делает?

– Гай, как думаешь, как скоро нас найдут? – спросил Борис друга.

– В течение ближайших часов. Только, думаю, явятся уже на рассвете. Эта местность закрыта от посторонних глаз и для них неизвестна. Глупо будет нападать в кромешной тьме. Но, мы должны быть готовы к любому повороту событий.

– Господин Де Круа, – подал голос Богдан, – ведь вы такой влиятельный человек, не легче ли будет просто задействовать свои связи?

– Нет. Официально я сейчас числюсь пропавшим без вести. Это раз. Два, у Замятина на меня компромат, который, не смотря ни на какие деньги, заставит отвернуться от меня любые связи. И третье – их цель не “взять” нас по закону. А убить. Здесь связи не помогут. Вы должны бы были это понимать.

– Конечно.

– А хотите я вам расскажу забавную историю, которая приключилась со мной в годы службы во Франции? – радостно прогромыхал Борис, явно пытаясь разрядить обстановку.