Как он, наверное, жалко сейчас выглядел! Следом за девушкой в кухню вошел Де Круа. Военная выправка, непреклонная воля, решительность, мощь. Конечно – эти качества любую девушку могли свести с ума. Но, Мирослав надеялся. Все еще продолжал надеяться, что Аня передумает.

Невозможно описать чувства детектива, когда чуть более часа назад, Де Круа взял Аню за руку и увел наверх. Мирослав был готов в тот момент броситься на француза и разорвать того в клочья!

Но, Ягудин разрывался. Между любовью и долгом. Гай де Круа когда-то спас его. Полностью поднял бизнес Мирослава. И сейчас приехал воевать с ними плечо к плечу. Хотя… по большому счету мог прислать еще людей и просто увезти Аню. Но, он предпочел разобраться лично.

Думая обо всем этом, Мирослав не мог оторвать взгляда от Ани. Сейчас они с французом оба сидели за столом. Пока что они не касались друг друга и детектив понадеялся, что не все так гладко прошло, пока они были наверху. А может… а может ничего не было? И они просто разговаривали?

Не в силах больше метаться в своих мыслях, Ягудин налил себе вина и немного отпил из бокала. В тот же момент, Де Круа взял Анну за руку и, не выпуская из своей ладони, положил себе на колено.

Раздался хруст стекла. Все посмотрели на детектива. Мирослав опустил взгляд и понял, что это он раздавил свой бокал.

– Я помогу тебе убрать, братишка, – вызвался Анис в который раз, понимая состояние брата.

Ягудин все продолжал удивленно разглядывать свою ладонь, когда, поднявшись со стула, Де Круа произнес:

– Мирослав, пойдем, нам надо поговорить.

Гай, нежно поцеловал Анну макушку и показал ему идти следом. Детектив послушно вышел за французом. Они поднялись в кабинет, где всего пару часов назад, Ягудин пытался помериться с Анной.

Де Круа показал закрыть за собой дверь и, пристроившись на крае стола, устало спросил:

– Мирослав, что происходит?

Ягудин отошел к окну.

– Послушай, я ведь не слепой. Твоя страсть к Анне у тебя на лице написана. Прости, но пришло время нам с тобой поговорить. Ты и твои братья – вы отличные ребята и я совсем не хочу портить с вами отношения. Но… ты понимаешь, что к Анне тебе лучше не приближаться.

Последние слова француз произнес спокойно, но было понятно, что его спокойствие в данный момент – всего лишь дань железной выдержке и если бы не это, он бы уже стер детектива в порошок.

– Господин Де Круа, – начал Мирослав нехотя, – я вам очень благодарен за то, что вы сделали для меня. За то, что помогли вернуть честное имя и встать на ноги. По сути, вы спасли мою жизнь. И тогда, много лет назад, я был готов отдать ее за вас. И, если это будет необходимо, и сегодня сделаю это. Но…

– Но? – Де Круа сложил руки на своей широкой груди.

– Но, жизнь… не знаю… судьба… Я не ожидал и не хотел этого. Вы знаете, я человек чести и никогда бы не посмел посмотреть на женщину своего друга и спасителя. Но… судьба все и всегда решает за нас. Теперь я это понимаю, – Мирослав словно уже говорил сам с собой, так как признания лились рекой из его души, – так случилось, что я… влюбился. По-настоящему. Со мной такое впервые. И я не могу справиться с этим. А потому… Потому, предупреждаю! Я буду бороться за нее до последнего, – детектив от злости и решимости со всей силы стукнул огромным кулаком по стене, резко развернулся и вышел из кабинета, хлопнув за собой дверью.

Он спускался и не видел дороги перед собой. Несколько раз промахнулся и переступил сразу через несколько ступенек. Чувства… эмоции… били через край. Ему было просто необходимо куда-то выплеснуть свою злость. И он буквально выскочил на улицу. Покинул периметр и ушел в лес. Он больше не мог находиться в этом доме. Здесь, где его любимая была с другим. Была с другим! И… не скрывала этого. Выглядела такой счастливой! Не с ним! Не с Мирославом! С Де Круа! Черт бы его побрал!

***

Ростов направлялся из кухни в кабинет в поисках Де Круа, когда мимо него словно пьяный пронесся Мирослав. “Похоже, он только что от Де Круа” – подумал Валентин, провожая несчастного неодобрительным взглядом.

Плохо, что это произошло до того, как Ростов успел поговорить с начальником. Он поднялся в кабинет. Де Круа все еще сидел на краю стола, сложив руки на груди и задумчиво рассматривал свой ботинок на правой ноге.

– Патрон, пока есть время, я думаю, мне стоит отчитаться о событиях последних дней, – начал Ростов.

– Хорошо, рассказывайте.

Валентин отчитался о своем прибытии, постарался аккуратно рассказать о том вечере, когда Анну Пушкину они с Мирославом отвезли в больницу с порезанными венами. О нападении Эльвиры на следующий день, о том, как ее спас бравый Мирослав.

– Но, должен признать, патрон. Ягудин действовал не по инструкции и, после того, как сдал Эльвиру Тимьянову с рук на руки правоохранительным органам, по личным мотивам уговорил сопровождать девушку в тот день. Прогулка закончилась поздно вечером, после посещения террасы на девяносто пятом этаже дома, где живет детектив. Должен заметить, что ничего предосудительного в тот день не происходило. Все это время за ними следили. Патрон. Это щекотливая ситуация, но, не смотря на то, что Ягудин действовал не по инструкции на утро следующего дня позволил себе лишнее…