Ты считал, что я в порядке. Ты следовал за мной повсюду, заказывал кофе у тех же официанток, что и я, даже поднимался на том же лифте. Как ты мог считать, что я в порядке? Я мог увидеть тебя, достаточно было всего лишь обернуться в правильный момент, и у тебя не получилось бы ни сбежать, ни скрыться. Я бы увидел тебя и понял правду.

Тогда нас обоих убили бы?

Если на то пошло, думаю, это показывает, что все это время ты тоже по мне скучал. Быть может, скучал так же, как и я по тебе. Не могу точно сказать. Не уверен. Просто не знаю.

– На север, Джон.

Я в курсе, Шерлок. Мне этот район знаком. Я жил тут с тобой. Помнишь? Я помню.

– О, ты только полюбуйся. Мы попали на экран, - в твоем голосе смешались сарказм и неподдельное ликование. Голос ведущей доносится до меня через то устройство, по которому со мной общаешься ты. Говорят что-то про кладбище. Слышу твое имя. Могила Шерлока Холмса.
– Опять они показывают мое фото в той шляпе, - грабители могил. И еще что-то про надпись на надгробии, сделанную краской из баллончика. Сворачиваю за угол и оказываюсь на Бейкер-стрит. Похоже, я в безопасности. Ты же перестал отслеживать мое местонахождение и командовать, куда идти.

– А что конкретно написали? – теперь же можно спросить вслух, так? Здесь ни камер, ни Морана. Здесь это ничему не угрожает.

– Оу, он оставил мне послание.

– И что за послание? – уже видна входная дверь. Дом. Я почти на месте. Хорошо, что не стал брать ничего тяжелого.

– Надпись гласит: лжец.

Лжец. Это означает, что он знает, знает наверняка. Себастьян Моран знает, что ты жив. Это сообщил ему ты. Он знает, что именно ты убил Мориарти, что именно ты по частям расправился с его сетью. Все это он понял, раскопав твою могилу и обнаружив в ней пустой гроб.

До чего же теперь все кажется глупым. Похоронная церемония, цветы, музыка. Мелодию выбирал не я, я даже не в курсе, что именно звучало, но, кажется, ты иногда ее наигрывал. Печальная. Может, Рахманинов. Что-то в этом духе. Там был твой брат. Миссис Хадсон, несколько бывших клиентов. Не очень людно: слишком многих Мориарти убедил, что ты подделка. На похоронной службе я не произнес ни слова. Не смог. Только не тогда. А вот Грег произнес речь. Ты его слышал? Он очень хорошо о тебе говорил. Справился куда лучше, чем смог бы я сам, учитывая обстоятельства. Слишком много хотелось сказать, и слишком мало я собирался говорить хоть кому-то, кроме тебя самого. И все это происходило у пустого гроба и пустой могилы.

– Выходит, мы похоронили пустой гроб?

Тебя мы не хоронили точно. О том, что в тот момент вернуться не выйдет, я не так уж сожалею.

– Нет-нет, - ты отвечаешь рассеянно, сосредоточен на сюжете о себе. – Вы похоронили Мориарти.

Что?

Я остановился. Прирос к тротуару всего-то футах в десяти от входной двери. Мориарти? Невозможно. Ты же убил его лишь два месяца назад. Разве мы…

– Джон, иди. Не стой там. Быстрее. Бегом, если можешь.

Бегом?

– Джон? Внутрь. Пожалуйста. Быстрее.

Я тебя вижу. Ты стоишь у окна, держишь у лица то непонятное устройство. На тебе по-прежнему пижама. Халат завязан. Твой гроб был пуст. Мы похоронили Джеймса Мориарти. Это было три года назад. Это бессмыслица. Ты мне лжешь? Тебе ведь это не впервой.

Не мог он умереть три года назад, это невозможно. Ты же боролся против него все это время. Зачем тебе было притворяться мертвым, если сам он уже был мертв?

– Джон, мне нужно, чтобы ты зашел в дом. Немедленно. Прямо сейчас, - в твоем голосе нотки паники. Почему? Ты прижал ладонь к стеклу, словно сможешь так ко мне прикоснуться. Тревожно-знакомая картина.

Ладно. Ладно. Хорошо. Думаю, теперь эти дурацкие наушники можно и снять. Тебе придется объяснить мне все лично, Шерлок. Тебе придется объяснить мне очень и очень многое. Хватит лжи, договорились? Хватит.

Мы не могли похоронить его вместо тебя. Это полная бессмыслица. Он не был мертв. Как и ты. Мориарти?

– Джон! – миссис Хадсон втягивает меня внутрь и закрывает дверь. – Ты в «Теско» выходил? Неужели я что-то забыла? Знаешь, тебе стоило мне сказать, я бы купила все, что…

– Все нормально, - перевешиваю пакет в другую руку. Он почти пуст. Я так и не смог придумать, что купить. Оливки, губки для посуды, ибупрофен и коробка шоколада. Не готов обсуждать необходимость покупки всего этого. – Я просто… - а так уж ли много она знает? Ответ должен быть: «Шерлок отправил меня на улицу, рассчитывая, что сообщники Мориарти выследят меня и попытаются убить»? Или я выдам ей слишком много? – Мне нужно было пройтись.

Сочувствие на ее лице заставляет раскаиваться в том, что я солгал. В последнее время вокруг одна сплошная ложь, и ничего больше.

– Вы ведь вчера немного поругались, да? – она похлопывает меня по руке. – Я знаю, милый, тебе сейчас очень тяжело. Ему нужно быть с тобой помягче, - вздыхает. – Видел новости?

Об этом она тоже знала? Знала, что гроб пуст?

– Кто-то раскопал могилу Шерлока, - сообщает она, округлив глаза. – Как только рука поднялась! Ни стыда, ни совести, вот что. А все эти хулиганы. Сначала футбол и уличный дебош, а теперь уже и могилы трагически погибших раскапывать начали. Это же ужас, - она сжимает руки, качает головой, - Просто отвратительно. Даже не представляю, что творится с молодежью, Джон. Даже не представляю. Никакого уважения к умершим.