– Дверь не заперта, Джон. Приоткрыта, нужно только толкнуть, а потом тут же захлопнуть за собой. Действуй как можно быстрее, не задерживайся снаружи, но и не беги. Он все еще следит за тобой.

Самый опасный момент: пройти мимо белого фургона. Такого обычного.

Знакомая картина. Улица, на которой мы жили когда-то, фургон, за которым ты внимательно наблюдаешь вот уже два дня. Здесь тихо, тише, чем следует. Это могло бы стать твоей первой зацепкой, Моран, но ты ведь не блещешь умом. Это нормально, я тоже не так уж умен.

Фургон стоит, где и стоял, его припарковали тут и оставили, укрылись в безопасном месте. Фургон как фургон, на вид совершенно безобидный. Я знаю, что это на самом деле не так, но все равно представляю себе взрывчатку – несколько шашек динамита и прикрученные к ним тикающие часы, отсчитывающие время до взрыва. Взрыва, от которого фургон лишь слегка пошатнется на колесах, так ты сказал. Быть может, вылетит пара стекол. Но я не очень-то во всем этом уверен. Шерлок, предыдущий взрыв разнес стену многоквартирного дома, и это после того, как большую часть взрывчатки удалили. Ты точно уверен, что достаточно просто перенести бомбу в фургон? Может, стоило ее совсем обезвредить? Мы бы нашли другой способ вычислить его.

Часов в фургоне нет, тикающих так точно, но все равно, проходя мимо, так близко от него, я их почти слышу. Слышу, как они отсчитывают последние секунды моей жизни.

Дыши. Всего-то несколько футов пройти. Биение сердца отдается во всем теле, до кончиков пальцев ног. С каждым ударом чуть вздрагивают руки. Вдох-выдох. Как ты и сказал, дверь открыта. Самую малость, ровно настолько, что на краску ложится свет фонаря. Отсветы под таким необычным углом открывают многое. Вся дверь покрыта отпечатками пальцев: моих, твоих, миссис Хадсон, Мориарти, Морана. Тех мимолетных жильцов, что на время заняли наше место. Недели, годы, отпечаток за отпечатком, а мы даже понятия не имели, что их оставляем. В папиллярных линиях, застывших на краске, записана вся наша история.

Изнутри тянет растопленным маслом и дрожжевым тестом: Миссис Хадсон что-то печет. Пахнет теплом и нервозностью.

Кажется, что преодоление каждого из оставшихся дюймов тротуара растянулось на годы, как бывает только во сне. Я застыл в сгустившемся воздухе, и до двери, такой близкой, не добраться. За то время, которое мне понадобится, чтобы дотянуться до нее, можно родиться, состариться и умереть. Ноги двигаются медленней некуда, в потяжелевших руках стучит замедлившееся сердце. Прислушиваюсь к любому звуку: чирикает птица, из чьего-то окна доносится мелодия, вниз по дороге проехала машина, где-то стучат по дереву молотком, захлопывается дверь. Щелчка предохранителя не слышно, да и невозможно расслышать, как кто-то готовится выстрелить, – это происходит беззвучно. Дыши. Левой, правой, левой.

Пальцы касаются двери, и мне кажется, я почти чувствую остающийся от них след. Отпечаток всей ладони, дымящийся и глубокий, продавивший слой краски, въевшийся в дерево. Черная краска, блестящая, омытая дождями… Как будто это может кого-то спасти. Открываю дверь толчком, шагаю через порог.

Вот он, последний миг, когда я все еще уязвим. Дверь открыта, я стою спиной к улице. И ему вполне может быть меня видно с определенных точек. Сейчас он может выстрелить в меня и попасть. Точно между лопаток, если стрелок из него не очень. Если он хоть чего-то стоит, то будет целиться в затылок. Именно туда бы целился на его месте я – в затылок, без вопросов, так шансы на выживание минимальны. Поэтично получится: прострелить мне голову прямо на пороге «221б». Этим он уж точно до тебя достучится, Шерлок. Мориарти хотел выжечь тебе сердце, Моран обеспечит это с гарантией.

Вот он, момент для выстрела, Моран. Теперь или никогда. Захлопываю дверь.

Щелкает язычок замка. Лучший звук на свете. Щелчок, дверь закрыта. Крепкая, надежная.

Все, наконец. На месте. На месте. Я дома, Шерлок. Получилось. Я здесь. Я жив.

– Не выходите на улицу, миссис Хадсон! – выкрикиваешь ты сверху. Ты буквально в экстазе, сияешь в мою сторону улыбкой. Сработало, не так ли? Он вспомнил про безотказный вариант.

Он попытается взорвать «221б».

Ты, похоже, доволен до крайности.

========== Глава 54: Подходящий момент ==========

Тебе тесно здесь.

Кажется, ты готов расколотить окно, передвинуть всю мебель, а то и перевернуть все вверх дном. Ты все пытаешься нащупать нечто, чего здесь нет, и я понятия не имею, что это. Все горизонтальные поверхности завалены средствами достижения этой конкретной цели: телефоны, стопки писем, заполненные твоим торопливым почерком блокноты, компьютеры, мониторы, радиоприемники, коробки с вообще неизвестной мне техникой. Всему этому здесь действительно тесно. Так же, как тесно тебе. Ты вышагиваешь по комнате туда-сюда, похлопываешь по карманам, словно в поисках сигарет, и только что на стену не лезешь. Эта квартира – клетка, а клетка – не по тебе.

Нам нельзя, пока нельзя, выйти отсюда. Мы должны ждать, это все, что нам осталось. Ждать, наблюдать, прислушиваться, когда донесется снаружи взрыв.

Если бы…

Если бы у нас была не всего лишь одна единственная ночь. Я бы…

Если бы только знать как, я мог бы…

Будь у меня хоть какой-то опыт поцелуев с тобой при свете дня, прикосновений к тебе за пределами моей спальни, я мог бы встать, взять тебя за руки, обнять тебя или положить ладонь тебе на шею. Я успокоил бы тебя, сказав то, что ты и сам, без меня, уже знаешь: все будет хорошо. Больше от нас ничего не зависит. Он знает, Шерлок. Он знает. Третья угроза прозвучала, и ты на нее ответил. Он считает себя хозяином положения, ты действовал правильно. Тонко, но не чересчур. Он вспомнил о том безотказном варианте. Он в третий раз попытается меня убить, чтобы причинить тебе боль, и стоит ему только это сделать, все будет кончено.