– Прим, я сегодня хотела вернуться домой, - отвечаю я. Девочка ещё шире начинает улыбаться.

– Значит, ты вернёшься? Я так по тебе соскучилась!
– радостно говорит Прим и крепко обнимает меня.

– Я тоже по тебе соскучилась, утёнок, - отвечаю я и обнимаю сестру в ответ.
– Мама не меняла свою точку зрения, - тихо спрашиваю я. Прим качает головой.

– Она не говорила об этом. Но Гейл всё так же проводит у нас всё свободное время от работы. Мама волнуется за тебя, - отвечает она.

– Хорошо, я вернусь домой и поговорю с ней, - отвечаю я и оборачиваюсь. Пит стоит в паре метров от нас и улыбается. Я подхожу к нему.

– Давай встретимся сегодня в пять на Луговине? Если я не приду, то знай, что меня заперли, и я нуждаюсь в помощи!
– говорю я и начинаю смеяться. Хотя вполне возможно, что меня могут запереть в комнате.

– Хорошо, - отвечает Пит и целует меня в щёчку.
– В пять на Луговине, - повторяет он. Я осматриваю комнату. Не буду ничего отсюда забирать, мало ли, может, ещё придётся сюда вернутся. Не думаю, что мама так быстро сменит свою позицию и примет Пита. Было бы конечно здорово, но это уже на уровне фантастики.

– Прим, только не говори маме, что нашла меня здесь, скажи, что встретила по дороге, ладно?
– прошу я, потому что если мне снова придётся бежать, то этот дом сразу станет первым местом, где меня будут искать. А я уже обжилась здесь и без труда смогу провести ещё пару недель. Не хотелось бы, чтобы кто-то знал. Прим согласно кивает, она меня не выдаст. Я целую её в лоб, и мы вместе с Питом выходим из дома. Мне уже хочется туда вернутся, не хочется отпускать Пита, не хочется снова спать одной и не чувствовать его прикосновений сквозь сон.

Мы прощаемся возле пекарни. Я долго целую Пита на прощание, и меня даже не смущает тот факт, что рядом стоит Прим. Сестра, конечно, тактично отвернулась, но всё же. Перед тем как уйти, парень притягивает меня к себе и шепчет на ухо.

– Это были самые лучшие дни в моей жизни, спасибо тебе, - от его слов я краснею и лепечу что-то в ответ про то, что для меня тоже эти дни, проведённые с ним, были лучшими, но у меня получатся только жалкие обрывки фраз. Я не умею красиво говорить, что же, Пит всё равно меня поймёт, он всегда меня понимает.

Дальше мы с Прим идём одни, компанию нам составляет только Лютик. Он мирно сидит на руках у моей сестры и бросает в мою сторону гневные взгляды. Наверное, до сих пор помнит, как я его пять минут кружила по комнате.

– Я не хочу, чтобы ты выходила замуж за Гейла, - неожиданно говорит Прим и смотрит на меня.

– Я тоже не хочу, утёнок, - отвечаю я и усмехаюсь.
– Этого хочет только мама.

– Гейл хороший, но он тебе не пара. Вы с Питом так мило смотритесь вместе, и вы так любите друг друга, вы просто обязаны быть вместе!
– говорит Прим, я удивляюсь её взрослым рассуждением. Всё-таки для меня она навсегда останется той маленькой девочкой, которая боится собственной тени, и которая просит меня спеть, когда ей снятся кошмары. За всей этой суетой я совсем не заметила, как моя сестрёнка повзрослела.

– Да, ты права, - отвечаю я и грустно улыбаюсь.
– Мы обязаны быть вместе, - говорю я и про себя добавляю: «И я всё сделаю для этого».

Мы доходим до дома очень быстро, не смотря на то, что я растягивала каждый шаг. Мысль о том, что я вернусь в отчий дом, вовсе не греет мою душу. Мне страшно. Страшно, что меня запрут в собственной комнате, что волоком потащат к алтарю, что мама как всегда будет непреклонна, и что сейчас я встречусь с Гейлом. На данный момент я этого боюсь больше всего. Мне вовсе не хочется его видеть, по крайней мере, сейчас. Мне нужно поговорить с мамой, а он будет только препятствовать этому.

Прим с разбегу залетает в дом, Лютик что-то недовольно шипит и убегает куда-то в кусты, а я медлю переступить порог и топчусь на крыльце. Так, Китнисс, чего ты боишься? Старательно отгоняю мысли о том, что нужно бежать обратно и захожу в дом. Слышу радостный голос Прим, что-то разъясняющий маме и звон посуды. Бросаю взгляд на часы, время обеда. Снимаю куртку и прохожу на кухню. Мама радостно вскрикивает и крепко обнимает меня. Можно подумать, что она скучала!

– Китнисс, я так рада, что ты вернулась! Мы так переживали!
– лепечет она и сильней сжимает меня в своих объятьях. Я отстраняюсь и сажусь на стул, по-хозяйски оглядывая комнату.

– Прим, выйди, пожалуйста, нам с мамой нужно поговорить, - прошу я, сестра недовольно хмурится, но не перечит и выходит из комнаты. Мама стоит позади меня и не решается сделать шаг. Я не смотрю на неё, обращая свой взгляд на одну из тарелок.

– Переживала, говоришь? Места себе не находила и думала где я, с кем я?
– ухмыляюсь я.

– Да, Китнисс я так волновалась!
– снова начинает лепетать мама, но я её прерываю.

– Ты ведь знаешь причину моего побега?
– спрашиваю я.