Тут Пуйл, государь Аннуина, проснулся, и проснулись также его воины и придворные. И нельзя было утаить этот случай. Рассказ о нем разнесся по стране, и все люди это слышали. И они собрались для встречи с Пуйлом, требуя, чтобы он оставил жену из-за ее ужасной жестокости. Hа это Пуйл ответил: «У вас нет причин требовать развода из-за отсутствия у меня потомства. Мы знаем, что у нее был ребенок, и я не разведусь с ней; если же она виновна, придумайте ей наказание». [38]

Тут созвали наставников и мудрецов, и, поскольку Рианнон предпочла понести наказание, чем спорить с няньками, она приняла то, что ей назначили. А назначенное ей наказание было оставаться в замке в Арберте до истечения семи лет, и сидеть каждый день возле каменной глыбы, что лежала у ворот, и рассказывать эту историю всем входящим, кто, как она думала, ее не знает, и предлагать всем, кто захочет, ввезти их во дворец на спине. Однако никто не позволял ей делать этого. И так прошел остаток года.

В это время Тейрнион Ториф Флиант владел Гвент Искоуд, [39] и был он лучшим человеком в мире. И в его доме жила кобыла, прекраснее которой не было во всем королевстве. Каждый год на первый день мая она жеребилась, но жеребята пропадали неведомо куда. И вот однажды Тейрнион сказал своей жене: «Госпожа, не везет нам с жеребятами от нашей кобылы!» – «Что же тут можно поделать?» – спросила жена. «Сегодня канун первого мая, – сказал он, – и, клянусь Богом, я узнаю, куда деваются мои жеребята!»

И он велел ввести кобылу в дом, и сам вооружился, и начал ждать ночи. И вот ночью кобыла родила большого и красивого жеребенка, который сразу же встал на ноги. Тейрнион взглянул и подивился на его красоту, и тут вдруг он услышал великий шум, и вслед за этим огромная когтистая лапа просунулась в окно и схватила жеребенка. Тогда Тейрнион выхватил меч и с такой силой ударил по лапе, что часть ее отвалилась и вместе с жеребенком упала к его ногам. И после этого был шум и дикий вой. Он отворил дверь и выскочил наружу, но не увидел шума, [40] из-за полной темноты. Тут он вспомнил, что не запер дверь, и поспешил вернуться. И у входа лежал младенец в пеленках, завернутый в шелковый плащ. И он взял младенца и увидел, что тот очень здоров для своего возраста. Он запер дверь и вошел в зал, где была его жена. «Госпожа, – позвал он, – ты спишь?» – «Нет, господин, – сказала она, – я спала, но проснулась, когда ты вошел». – «Вот дитя для тебя, – сказал он, – ведь нет у тебя своих детей». И он рассказал ей всю историю. «Господин, – спросила она, – а в какое одеяние был завернут этот младенец?» – «В шелковый плащ», – ответил он. – «Наверное, он сын знатного человека, – сказала она, – мой господин, послушай, что я придумала. Я созову своих подруг и по секрету расскажу им, что я беременна». – «Хорошо, сделай это», – сказал он. И они так сделали и, окрестив после ребенка [41] дали ему имя Гориваллт Эурин, [42] ибо волосы на его голове были желтыми, как золото.

Мальчика нянчили в доме, пока ему не исполнился год. Через год он уже мог ходить и выглядел как ребенок трех лет, даже больше, по росту и силе. И когда ему пошел второй год, он выглядел как шестилетний. А в конце своего четвертого года он уже ездил с лошадьми на водопой.

«Господин, – спросила однажды жена у Тейрниона, – где тот жеребенок, которого ты спас в ночь, когда нашелся мальчик?» – «Я отдал его конюхам, – ответил он, – и велел присматривать за ним». – «Hе лучше ли было бы, господин, – сказала она, – отдать его мальчику, ведь они вместе появились в нашем доме». – «Я не против, – сказал Тейрнион, – и я отдам его мальчику». – «Господин, – сказала она, – пусть Бог вознаградит тебя». И коня отдали мальчику и велели конюхам обучить его, чтобы мальчик мог на нем ездить.

И в это время они услышали историю о Рианнон, о ее проступке и наказании. И Тейрнион Ториф Флиант внимательно выслушал эту историю и просил каждого, кто приходил в дом, вновь и вновь рассказывать о печальной судьбе Рианнон.

После этого Тейрнион много думал, и смотрел на мальчика, и увидел, что никто из сыновей не походит так на отца, как мальчик был похож на Пуйла, Государя Аннуина. Он хорошо знал Пуйла, ибо когда-то служил у него. И он опечалился, что держит у себя сына другого человека, и на досуге сказал жене, что мальчик – сын Пуйла, Государя Аннуина, что зазорно держать его у себя, когда такая благородная дама, как Рианнон, несет несправедливое наказание. И жена Тейрниона согласилась, что они должны отослать мальчика к Пуйлу. «И этим, господин, – сказала она, – мы приобретем три вещи: благодарность Рианнон за освобождение ее от наказания, благодарность Пуйла за спасение и воспитание его сына, и третье – если мальчик вырастет благородным, он будет нашим приемным сыном и сделает нашу старость спокойной». Так они и порешили.

И не позже чем на следующий день Тейрнион собрался с двумя конными, и четвертым был мальчик на подаренном ему коне. И они направились в Арберт и через короткое время были там. И, войдя во двор, они увидели Рианнон, сидящую возле каменной глыбы. Когда они поравнялись с нею, она сказала: «Господа, постойте! Я должна довезти одного из вас до дворца на своей спине, и это мое наказание за убийство собственного сына». – «О добрая госпожа, – сказал Тейрнион, – я думаю, никто из нас не позволит себе сесть тебе на спину». – «Пусть кто хочет садится, – сказал мальчик, – я не сяду». – «Правильно, душа моя, – сказал Тейрнион, – никто из нас не сделает этого».

И они вошли во дворец, и все возрадовались их приходу. Они попали на праздник, устроенный по поводу возвращения Пуйла из поездки по Дифеду, [43] и вошли в комнату для умывания, и Пуйл приветствовал Тейрниона. И они сели за стол: Тейрнион между Пуйлом и Рианнон, а два спутника Тейрниона рядом с Пуйлом, и мальчик между ними. Закончив есть, они завели разговор, и Тейрнион рассказал всю историю о кобыле и мальчике, и как мальчик воспитывался в его доме, и как он узнал его. «Смотри, госпожа, вот твой сын, – сказал Тейрнион, – и те, кто обвиняли тебя, повинны во лжи. И когда я услышал о твоем несчастье, мне было тяжко и я опечалился. И я не верю, что хоть один из присутствующих не признает этого мальчика за сына Пуйла». – «Да, это он», – сказали все. «Видит Бог, – сказала Рианнон, – если это так, то я свободна от моей тревоги». – «Госпожа, – сказал Пендаран Дифед, [44] – твой сын был твоей тревогой, и ты должна назвать его Придери, [45] сын Пуйла, Государя Аннуина». – «Смотри, – сказала Рианнон, – может, его нынешнее имя лучше». – «Как его зовут?» – спросил Пендаран Дифед. «Гориваллт Эурин – вот имя, что мы дали ему», – сказал Тейрнион. «Придери, – сказал Пендаран Дифед, – будет его именем». – «Так лучше, – сказал Пуйл, – чтобы мальчик получил имя по слову, которое его мать произнесла, услышав о нем радостную весть». Так они и решили.