====== Пролог ======

Я был из того редкого числа людей, которые могут бездельничать ровно месяц, а потом изнывать от скуки, когда все кроссворды уже решены, книги прочитаны, сериалы пересмотрены, игры на компьютере пройдены, а кошка в ужасе прячется, не дав мне в очередной раз сшить ей какой-нибудь свитерок.

На тот момент, когда я закончил читать последнюю книгу в доме, под интереснейшим названием «Самоучитель проклятий. Сотвори ближнему муку адскую» Винидиктуса Виридиана, мне было уже двадцать семь лет. При жизни эта цифра была для меня символичной. Мои любимейшие музыканты: Джим Моррисон, Курт Кобейн, Эми Уайнхаус, ушли из жизни в двадцать семь лет и я где-то краем подсознания был убежден, что в двадцать семь лет и в мою дверь постучится почтенная Смерть с косой.

Но так вышло, что систему, выстроенную в моей безумной голове, я сломал, умерев на восемь лет раньше, чем мои кумиры. Послонялся по дому, погремел посудой, подумал о вечном и сломал другую систему, гласившую, что Смерть победить нельзя.

Нельзя сказать, что свое бессмертие, обретенное семь лет назад, я потратил зря. Помирившись с отцом, что я считал наибольшим достижением, я уехал из страны, дабы случайно не нарваться на тех, кто меня хоронил, исполнил недавнюю мечту, а именно получил высшее образование в области прикладной математики (спасибо Йелю за это).

А потом я заскучал. Я по-прежнему выглядел девятнадцатилетним, поэтому заниматься научной деятельностью как-то вроде и не по возрасту. И вот, загоревшись желанием найти работу, с целью не страдать от скуки дома, я уже пару месяцев проводил в кресле и с «Ежедневным пророком», в поисках заинтересовавшей бы меня вакансии. Благо, мой дед, который до сих пор напрягался в кресле министра магии, умудрился без лишних скандалов убедить магический мир в моем неожиданном воскрешении, и я теперь не боялся попадаться людям на глаза, ведь многие даже не знали, сколько мне лет.

И в один июньский день я нашел то, что меня заинтересовало.

– Гувернёр? – шокированно прошептал Драко Малфой, чуть не уронив стакан виски, когда прочитал интересующее меня объявление. – Ты хоть знаешь, кто такие гувернёры?

– Пап, не забывай, что у меня их было около восьми, – усмехнулся я.

Драко упал в кресло и закрыл лицо руками. Я присел на подлокотник рядом с ним и, пытаясь сдержать смех, понимающе похлопал его по плечу.

– Гувернёр, – простонал Драко. – Родиться Малфоем, закончить Хогвартс, победить Смерть и работать гувернёром. Скорпиус, скажи, ты состоял на учете в психбольнице и не сказал мне?

– Пап…

– Ты на солнце перегрелся?

– Ну пап…

– Ну не мог ты сам до такого додуматься! Не мог!

– Как оказалось, мог, – хихикнул я. – И вообще, все могло быть и хуже.

– Куда уж хуже? – буркнул мой отец, сделав большой глоток виски.

– К примеру я мог бы устроиться администратором в гей-бар.

Драко аж вздрогнул, представив себе эту картину.

– Мне двадцать семь лет, – на всякий случай напомнил я.

– Вот и я о том же! – воскликнул Драко. – Я в твоем возрасте уже четыре года как был отцом!

– Так мне киндером обзавестись, чтоб ты не волновался?

– А вот этого не надо! У тебя же родятся зомби.

– Пааап!

– Я уже представляю этих маленьких светловолосых существ со светящимися глазёнками, которые окружают меня и бормочут «Мозги, мозги».

Дав папе время подумать над моей идеей, хоть это и не казалось мне необходимым, я всерьез вцепился в вакансию гувернёра для семьи, как я позже узнал, уважаемого в обществе волшебника, главы попечительского совета. Дважды и трижды перечитав объявление, я наткнулся на одну проблемку – мой будущий работодатель требовал рекомендации. Задача сложная, но вполне выполнимая.

– Деееед, – пропел я, присев на край его рабочего стола.

Люциус Малфой, он же министр магии, он же мой дедушка, был моим самым любимым родственником. Жизнь научила меня одному легкому правилу: дед знает все и может все. Именно поэтому, в поиске рекомендаций, я отправился к нему.

– Что, золотой мой? – отозвался Люциус Малфой, нежно постучав пальцами по аквариуму с пираньей, которую ласково именовал Лапочкой. – Если ты до сих пор переживаешь из-за своего надгробного камня, то я приказал раздавить его под копытами кентавров, так что не волнуйся.

– Да я по другому делу, – улыбнулся я, как говорит мой папа, саблезубой улыбкой, и протянул деду свиток пергамента и перо. – Напиши, что я умный, хороший, добрый и что у тебя ко мне не было претензий.

– Опять для полиции? – спросил Люциус, впрочем, не отказав мне в просьбе. – Что ты уже натворил, неугомонный мой ходячий мертвец?

Рассказывать ему о своих планах я пока не собирался, поэтому пробормотал что-то невнятное, но для деда это прозвучало словно научная гипотеза.

Итак, одна рекомендация была у меня в кармане.