– Например? – вскинул брови я.

– Например, ты можешь работать дилером, гробовщиком или продавцом маленьких драконов…

– Ну напиши!!! – опять взмолился я.

– Нет, – отрезал Луи.

– Ну хочешь я напишу, а ты распишешься?

– Не прокатит, друг. Ты прекрасно подделываешь мою подпись, можешь написать все сам. Главное, чтоб этот грех висел не на моей душе.

К концу недели у меня были рекомендации, согласно которым, Люциус Малфой, подписавшийся чужим именем, восторгался моим умением петь колыбельные, Виктор Крам, который наплел, что я мастерски справился с его девятирняшками, приписал мне талант дисциплинировать самых сложных детей, а также липовая писанина от Луи, согласно которой, после недели со мной, двухлетний ребенок выучил четыре иностранных языка, а спустя месяц экстерном поступил в Оксфорд.

Я чувствовал себя прямо таки Мэри Поппинс. Немного необычной, но Мэри Поппинс.

====== Глава 1. ======

Лорд Генри Тервиллигер, который уже восемь лет был Главой Попечительского Совета, устало опустился в кресло. Несмотря на то, что был он совсем еще не старым, ему было меньше пятидесяти лет, седина тронула его темные волосы, зачесанные назад, а под мудрыми глазами залегли морщинки. Несчастный лорд Тервиллигер! Неизвестно, что утомляло его больше: нервная работа, которая забрала его молодые годы, что-то вечно гремящее на кухне, сопровождаемое смехом повара, или родные дети.

– Это что ж нужно было делать с няней, чтоб она впала в безумие, чуть не избила портрет вашего деда и пулей вылетела за пределы поместья, даже не расторгнув контракт? – строго, но с нотками усталости в голосе, произнес он. – Такое ощущение, что вместо наследников рода Тервиллигер, она воспитывала опасных головорезов. Элизабет, не смотри на меня так, я не поверю, что няня ОПЯТЬ спровоцировала вас на какие-нибудь гадости!

Девочка, лет десяти, с необычайно густой копной длинных кудрявых волос, почти помидорного цвета, вздохнула и наморщила свой слегка вздернутый носик, видимо, ее уже успела утомить беседа с отцом.

– Что до тебя, Бартоломью, – продолжил Генри Тервиллигер. – Твое поведение меня неумолимо шокирует. Если ты и в Хогвартсе так себя ведешь, я удивлен, как это ты закончил второй курс. И вообще, сними с глаза эту нелепую повязку, люди думают, что у меня подслеповатый сын!

Черноволосый мальчик, недовольно скривил губы. Правый глаз мальчика был скрыт черной повязкой, и Бартоломью проигнорировал требование отца снять ее.

– Барт, я жду, – беспрекословно произнес старший Тервиллигер.

– Я не могу снять повязку, – почти загробным голосом прошелестел мальчик. – Иначе я рискую призвать демона.

Бедный лорд Тервиллигер закрыл лицо рукой, а брат с сестрой непонимающе переглянулись, будто повязка на глазу у Барта, снятие которой вызывает демона, является самым адекватным, что можно только представить.

– Вернемся к вашему поведению, – страдальчески протянул Тервиллигер. – Что именно не устраивало вас в няне?

– Она женщина, – возмущенно пояснила Элизабет.

– И все? – вопросительно уставился на нее отец.

– И еще она отказывалась отзываться на имя Себастьян.

– Бартоломью, я запрещу вам с сестрой смотреть этот глупый японский мультфильм! Сначала вы просите разрешения сменить фамилию, потом ты, Барт, носишь эту идиотскую повязку, а затем доводите нянь до истерики!

– Все они пешки в беспощадной игре моей жизни…

– БАРТ!!!

* *

– Что, лорд Тервиллигер, снова чудят? – спросила горничная, поставив перед лордом поднос с чашкой чая и блюдо с пирожными.

– Марта, ты даже не представляешь, насколько ты права, – устало кивнул Тервиллигер и облокотился на спинку кресла.

После ну очень утомительной беседы с детьми, Тервиллигер вышел в сад, и, вдохнув свежего воздуха, без сил рухнул в плетеное кресло. Участливая горничная тут же возникла рядом, с чашкой чая, прекрасно понимая и жалея лорда.

– Ну почему же? Я сама видела, как бедная мисс Хэмплботтон бежала, крича и ругаясь, – улыбнулась горничная. – Ну ничего, мистеру Бартоломью уже через два месяца возвращаться в школу, а на мисс Элизабет вы управу найдете. Тем более, что в августе ей должно прийти письмо из Хогвартса, и думать она будет ну никак не о японских мультфильмах.

– Но эти два месяца еще нужно как-то прожить, – возразил Тервиллигер. – Порой мне кажется, что только дьявол согласится следить за моими детьми…

– Здравствуйте! – послышался за спиной лорда незнакомый голос.

Тервиллигер от неожиданности чуть не пролил себе на костюм чай, а горничная выронила поднос. Скорпиус лучезарно улыбнулся. Он хотел, чтоб его голос звучал непринужденно и жизнерадостно, но получилось как-то вкрадчиво и загадочно.

Трансгрессировал Скорпиус всегда плохо. Вот и сейчас, он, как добропорядочный волшебник, хотел трансгрессировать на порог дома, вежливо улыбнуться и произвести хорошее впечатление. Но вышло как всегда: промахнулся маленько, появился в ванной комнате, где в ванной, под слоем пены, нежилась какая-то дама, которая просто чудом Божьим не заметила незадачливого гувернёра. Скорпиус, покраснев, как китайский флаг, боясь открыть скрипучую дверь, сиганул прямо в окно, упал на садовника, получил граблями по зубам и еще минут пятнадцать бегал в поисках лорда Тервиллигера.