Шрифт:
– Прекрати, прекрати, прекрати, - вопил Ортазеб, - не гномы это, не гномы!
– А кто?
– Эльфы.
– Не-е, эльфы тут не водятся, - снова не поверил Быня и заколошматил по ведру.
– А-а-а-а-а-а, - через некоторое время Ортазеб сообразил, что орёт в тишине, - а кто водится?
Быня задумался.
– Дриады?
– Точно, это дриады украли!
– подтвердил демон и приготовился к новой канонаде.
А Быня наивно верил поговорке, что и врун на третий раз скажет правду.
– Дриады... А как унесли? Они же хилые.
– Вселились в идола, - уверенно ответил Ортазеб.
– Он из дерева, а дриады с деревом управляются как бес с хвостом.
– Ладно, - не стал спорить Быня.
"Вот болван", - подумал Ортазеб, ожидая нового вопроса. Но помощник жреца молчал. Под ведром было душно и темно. Напрасно потом Ортазеб звал:
– Э-эй, смертный? Выпусти меня, а? Я тебя награжу. Любезный? Друг, ты тут? Слушай, брат, откопай меня, влага меня разъедает и воздух кончается, копыта отбросить боюсь... Повелитель?
Быня всего этого не слышал. С лопатой на плече, он шагал к большому дубу, росшему в полутора верстах к западу от деревни. В это же время королевский дознаватель рвал и метал в доме старосты, требуя улики и главного свидетеля.
Старый лес пережил опустошительные войны, нашествия скрипичных термитов и хихикающей саранчи, магические пожары и прочие напасти, но не вынес соседства с фермой по разведению боевых бобров-спиногрызов. От бобра не жди добра, гласила древняя дриадская мудрость. От прежнего леса остался один дуб. Правда, это был королевский дуб со славной тысячелетней историей, раскидистой кроной снаружи и королевой дриад внутри. А теперь в этом дубе жила и королевская свита. Бобриная ферма сгинула несколько лет назад, погребённая под рухнувшими плотинами, и возле могучего дерева разрослась молодая дубовая поросль. Но переселяться туда дриады не спешили, дур нет - менять приличное жильё на пусть отдельную, но хибару.
Кроме дриад, никто не знает, откуда они берутся. Сами они рассказывают про тычинки, пестики и опыление цветочков, хотя за подобным занятием дриад не замечали. Как бы то ни было, в дубе стало тесно от юных дев, даже несмотря на умение дриад увеличивать внутреннее древесное пространство. К тому же, в отличие от выросших в одиночестве и покое старших дев, молодёжь привыкла к гвалту и суете. Настоящие дриады молчат годами, эти же балаболки болтали без устали, и дуб гудел как растревоженный пчелиный улей, вызывая мигрень у королевы. Пришлось ввести полуденный тихий час, соблюдавшийся неукоснительно под страхом внеочередного наряда по уходу за корнями и борьбы с личинками. И надо же было, чтобы в самый застой тихого часа проснулся какой-то не в меру ретивый дятел. Или не дятел. Судя по стуку, этот дятел был размером с телёнка.
Быня лупил лопатой по стволу, пока из дерева не стали просачиваться дриады. Они расселись на ветках, с любопытством рассматривая наглеца, а королева Ариэль, приняв величественную позу напротив человека, смерила его уничижительным взглядом и снизошла:
– Какого хрена?
– Мне нужен идол, - ответил Быня, прекратив стучать.
– Идол? Из моего дуба?
Королева запаниковала. Слишком здоровый был детина, да и чудовищная лопата, если повернуть её острой кромкой, вполне заменит топор.
– Идол с капища. Верните, - безапелляционно возвестил Быня.
– А мы тут причём?!
– Ночью пропал. Надо вернуть.
Ариэль недоуменно воззрилась на парня. Но она оставалась дриадой, и, поведя плечами так, что её зелёная накидка немного сползла, частично обнажив высокую грудь, томно спросила:
– Может, хочешь что-нибудь другое?
Быня задумался. Его сегодня уже спрашивали, чего он хочет, и тогда он явно прогадал.
– Молока?
– с надеждой спросил он.
На ветвях началась эпидемия - все дриады закашляли и стали закрывать лица ладошками.
– Молока?
– королева зло прищурилась.
– Для тебя только жёлуди.
– Не, - отказался Быня, - тогда лучше идола вертай.
И заколотил по стволу.
– Стой!
– воскликнула Ариэль, - мне надо посоветоваться. Персил, Бурти, Тайд, давайте сюда.
Три старших дриадочки спустились с дерева, пошептались с королевой и та решила:
– Мы попробуем выяснить, видел ли кто из наших любительниц ночных посиделок, куда делся твой долб... то есть идол.
– Она оглядела своих соплеменниц.
– Ну, девочки, рассказывайте, кто что заметил ночью?
Поднялся гвалт. Как можно было в нём что-то разобрать - непонятно, но Ариэль внимательно слушала.
– Утром - ворона - в носу - голубое - правый - жук - кора - семнадцать - туфель - в глаз - рогами - дырка - бла - бла - бла - телега...
– Стоп!
– королева подняла руку.
– Телега?
– Телега - дорога - два коня - мужик - недалеко - второй - зелёная - сосновые - это лошади - доски - рыба - сама ты лошадь - скрипит - бревно - у коней - бла - бла - бла - моржовый...
– Стоп! Бревно?