В следующий раз он посетил свой тайник уже став действительным сионом-инспектором и потом уже регулярно наведывался сюда, оставить что-нибудь для чужих глаз не предназначенное. Или просто отдохнуть от всех в тишине. Пещера со временем приобрела более жилой вид, появились кресла, ковры, светильники, рабочий стол и множество сундуков с редкими и ценными вещами добытыми в путешествиях непоседливым сионом и утаенными от загребущих рук Академии. Там Махая и припрятал настоящие останки гремлина. Оттуда не пропадут. В этом прим-сион был абсолютно уверен и поэтому неспеша шел по коридору к допросной где, по его приказу, уже ожидал приготовленный к вдумчивой и неторопливой беседе Хотран.

Проходя мимо первой камеры Махая увидел старого Фина, местного хозяйственника. Тот стоял посреди открытой камеры и задумчиво теребил в руках тюфяк с соломой служащий заключенным постелью.

– Доброй вечер, старина.
– Вежливо приветствовал его Махая. Он уважал этого старика за честность и скрупулезность в работе. Плюс тот ему напоминал одного дедульку, из той, прежней жизни портового паренька Махая Излера.
– Неужели опять крысы завелись?

– Доброй ночи, уважаемый нур-Излер.
– Ответил тот не переставая изучать тюфяк.
– Да вот не пойму, соломы сожрали порядочно, а говна нет. Я бы и не заметил, тут же редко постояльцы бывают, а когда Хотрана притащили да на него бросили и заприметил, что как-то тюфяк под ним сильно просел. Тоже подумал - крысы. А как Хотрана унесли, собрался тюфяк штопать и солому наконец поменять. А говна нет.
– Фин удивленно посмотрел на Махая.
– И дырок нет, по шву распороли. Разве ж крысы так могут?

– Крысы не могут.
– Выдохнул Махая и сел где стоял.

– Что?
– Заполошно подскочил к нему старый Фин.
– Вам плохо?

– Мне?
– Махая поднял лицо.
– Нет, старина, мне не плохо, а вот всем нам боюсь скоро может стать очень плохо.
– Прим-сион закрыл глаза и через минуту от него стартовала очередь из десятка Искр с приказами. «Хорошо еще, что из Академии никого не выпускали, все здесь» - подумал он и с несвойственной человеку его возраста резвостью вскочив побежал к допросной.

– Развязать!
– Врываясь в допросную приказал Махая неизвестному ему угрюмому помощнику старого Фина.
– И одежду его сюда, живо!
– Махая подскочил к столу и сам принялся помогать отвязывать растянутого на нем обнаженного Хотрана.

– Мой прим!
– Прохрипел вновь получивший возможность говорить нур-Перек.
– Я не…

– Молчи, мой друг, молчи.
– Перебил его Махая.
– Я знаю. Этот хамов гремлин провел меня как мальчишку. Он не ушел через канализацию, а пересидел в тюфяке и когда все стихло выбрался. Сейчас где-то в Академии прячется. Мерзавец! Но хитер, а?!
– Махая помог сесть освобожденными помощнику и подал ему одежду.
– Никуда он от нас не денется, покинуть Академию невозможно, все перекрыто и никого не выпускают. Найдем!

– Антор.
– Утвердительно заметил одевающийся Хотран.

– Он.
– Кивнул Махая.
– Больше некому. Я еще не мог понять, что мне не давало покоя. Как охрана могла так опростоволоситься? Даже если бы двое пошли рассматривать гремлина, остальные никак не могли остаться в стороне, уж через двери бы точно заглядывали. Да и эмоции друг друга они не могли не контролировать, это же сработанная пятерка! У него никак не могло получиться вырваться. И нападения они ждали со стороны входа, а Антора нашли у лестницы в хранилище, что в другой стороне коридора. Он их и прихлопнул как мух, пикнуть не успели. Куда этим городским воякам против сиона-инспектора, да еще и с его опытом.

– Потом гремлин его чем-то накачал, чтоб отвести подозрения, - Хотран закончил одеваться и одернул камзол, - и теперь они вместе где-то прячутся.

– Проверили!
– В допросную ввалился запыхавшийся Орто нур-Напит.
– На чердаке есть следы и снята решетка с сбросовой шахты над палатой Антора. Подвал проверяют.
– Он закончил доклад и покосился на окровавленное лицо свободного Хотрана.

– Хорошо.
– Кивнул прим-сион и распорядился указав на Хотрана.
– Помоги ему.

Орто повиновавшись подошел к Хотрану и приложил ладони к лицу. Тот вздрогнул, но не отступил.
– Все.
– Спустя минуту доложил лекарь отходя от того на шаг. Хотран и правда выглядел значительно лучше: нос больше не свернут на бок, губы перестали походить на вареники и синяки сошли.

– Умойся.
– Велел своему помощнику Махая не обращая внимания на побледневшего и устало опустившегося на стул нур-Напита.
– И пойдем на охоту.

– Простите, мой прим, - Хотран подошел к стоящей в углу бадье с водой и начал умываться, - думаю нам пока рано отсюда уходить.

– Что так?
– Удивился Махая.

– Я пока тут лежал, все думал, а ведь вы были правы: кто-то узнавал о перемещении гремлина раньше нас, успевал подготовиться и, если бы не сам гремлин, мы бы не смогли доставить его в Академию.

– Кобер.
– Прошипел мигом догадавшийся Махая.

– Именно.
– Подтвердил Хотран.
– Все доклады сперва приходили в его отдел и только потом я получал копии. Насколько каждый из докладов перед отправкой мне задерживался в его отделе - неизвестно. Как только гремлин оказался в вашем загородном доме и ситуацию начали контролировать мы, а кто-то стоящий за нур-Валатом потерял возможность нас опережать, попытки украсть его прекратились. Про операцию в музее Кобер знал, и там тоже ничего не произошло.