— С тобой в последнее время что-то странное творится, — задумчиво сообщил Гарри, глядя на Гермиону, рассерженно вытаскивавшую перья из густых волос. — Сначала отлыниваешь на уроках, потом превращаешься в гигантскую канарейку…

— Переходный возраст, — глубокомысленно изрёк Рон.

— Скорее, близнецы Уизли, — отозвалась Гермиона. — Я уверена, что это превращение их рук дело. Очень похоже на эффект от их Канареечной помадки, чтоб её…

— Фред и Джордж? — удивился Рон. — Они-то тут при чём?

— При том, что кое-кому по имени Фред не даёт покоя моя победа в Выручай-комнате. Именно поэтому он, похоже, объявил мне войну, — сердито пояснила девушка.

— Зачем же ты сама в неё ввязалась? — недоуменно спросил Гарри. — Гермиона, которую я знаю, никогда бы не пошла на поводу у Фреда и Джорджа и тем более бы не стала принимать участие в какой-то глупой войне.

— А я бы поучаствовал, — хмыкнул Рон. — Надо отдать Фреду должное: превратить Гермиону в птичку было пусть не самой лучшей, но вполне приличной идеей. Чем же теперь ты им отплатишь?

— Я? — Гермиона задумалась. — О, мою месть Фред долго не забудет!

— Что-то мне не нравится твоё лицо… — неуверенно пробормотал Гарри.

Сразу же после обеда Гермиона умчалась в библиотеку и не появлялась вплоть до полуночи. Всерьез обеспокоенные друзья решили обсудить «войну» с близнецами, ни на что, в общем-то, не надеясь.

— Фред, Джордж, это глупо! — заявил Гарри. — Вы же взрослые люди, а занимаетесь чёрт знает чем.

— Ну, знаешь ли! — оскорбился Фред. — Нам, конечно, далеко до ваших геройских причуд, мистер Поттер…

— Мы тут просто забавляемся… — пробормотал Джордж.

— Так что не мешайте нам, — хором заявили близнецы.

— Им скоро надоест, — уверенно сказал Рон. — Вот проучит их Гермиона пару раз, и они отстанут.

— Мы сделаем вид, что не слышали ваших слов, достопочтенный Рональд Билиус Уизли, — невозмутимо сообщили близнецы, на что Рон только рукой махнул.

Вскоре близнецы, Гарри и Рон удалились на тренировку: завтра предстоял матч Гриффиндор против Слизерина, и Анджелина гоняла игроков команды только так. Естественно, больше всего доставалось Рону — вратарь из него, честно говоря, никудышный, но Гарри хотелось верить, что он исправится к решающему матчу.

В день матча было холодно и ветрено. К удивлению друзей, Гермиона тоже отправилась на матч, загадочно улыбаясь. Конечно же, Джинни была посвящена в план Гермионы, и потому хихикала, усаживаясь на трибуне вместе с Майклом Корнером.

Команды Гриффиндора и Слизерина вышли на поле, капитаны пожали руки под бдительным присмотром мадам Трюк, и игроки взлетели в воздух. Почти тотчас же раздался громкий хлопок, и трибуны грянули оглушительным хохотом. Объектом смеха стал один из гриффиндорских загонщиков — теперь угадать, где кто было просто, ведь почему-то Фред Уизли оказался на метле абсолютно обнажённым и при этом совсем не смущался собственной наготы.

А вышеупомянутый Фред Уизли даже не догадывался, над чем же, собственно, хохочет публика. По его мнению, с ним было всё в порядке — мантия как мантия, метла как метла, бладжер как бладжер…

Трибуны недоумевали и сгибались от хохота. Фред недоумевал и пропускал бладжеры. Джордж недоумевал и отдувался за двоих. И только Гермиона Грейнджер знала, в чём, собственно, дело, и мстительно улыбалась.

Дело в том, что Гермиона заколдовала игровую мантию Фреда Уизли заклинанием Иллюзии. И пока загонщик носился в воздухе, все окружающие видели лишь обнажённого парня, оседлавшего метлу. Даже профессор Дамблдор насмешливо хмыкал в пышную бороду. Профессор МакГонагалл обеспокоенно покосилась на Ли Джордана, ожидая от него комментариев, которые, естественно, не замедлили последовать:

— Похоже, сегодня гриффиндорский загонщик Фред Уизли находится в прекрасной форме и в полной готовности противостоять игрокам Слизерина, — голос Джордана дрожал от сдерживаемого хохота. — Остаётся надеяться, что засмотревшийся на Уизли ловец Малфой не втемяшится в трибу… Ан нет, я ошибался.

Малфой действительно врезался в трибуну и плавно спикировал вниз. Профессор МакГонагалл отобрала у Ли рупор и громогласно известила игроков о перерыве. Старательно отводя глаза, преподаватель трансфигурации на пару с профессором Флитвиком расколдовали мантию Фреда, вернув ей первоначальный вид. Вызванная мадам Помфри привела Малфоя в сознание, хотя наверняка воспоминания об обнажённом загонщике еще нескоро покинут блондинистую голову слизеринского ловца.

Довольная своей местью Гермиона удалилась в гриффиндорскую башню, справедливо полагая, что больше ничего интересного на игре не предвидится. Матч продолжился в обычном режиме. Разозлённый Фред свою злобу вымещал на ни в чем не повинных бладжерах, беспорядочно отбивая их во все стороны.

«Как она могла так меня опозорить при всех?! – возмущённо думал Фред. – Я же не колдовал так над её мантией, хотя мог бы! Нет, она перешагнула все рамки приличий! И тем самым подписала себе смертный приговор. Ну, она у меня получит!»