Я не первая его об этом спрашиваю, до меня с ним разговаривали на эту тему и ученые ОИПЭ, и военные, и экстрасенсы в том числе.

– По той же причине что и Егор, - отмахнулся он.

Егор Захарович это наш второй игрок со временем, но у него этот талант менее развит, чем у Владимира.

– А можно поточнее?
– я отложила пустую тарелку и принялась за салат.

– Зой!...
– воскликнул он, но потом, спохватившись, что его кто-нибудь услышал в столовой, замолчал и внимательно огляделся.

Столовая была пуста, кроме нас никого не было, а повара и мойщики посуды по каким-то известным только им причинам отсутствовали.

– Хорошо, тебе я расскажу, - нехотя продолжил он.
– Даже учитывая возможность путешествия моего духа во времени, не все время, извини за тавтологию, мне доступно.

– Не особо поняла насчет доступности, - честно сказала я.

– Есть временные отрезки, - начал объяснять Владимир, - попасть в которые я не могу. Вот, к примеру: я недавно пытался несколько раз подряд попасть в Японию в дни атомной бомбардировки Хиросимы и Нагасаки, но меня, скажем так, выкидывало либо за несколько дней до этого, либо после. Тоже самое касается и некоторых великих исторических битв. Такое чувство, что кто-то просто закрыл доступ к этим временным отрезкам. И в будущее в день запуска проекта я не могу попасть по тем же причинам. Но это ладно, что самое интересное, для меня вообще закрыта будущая Сибирь 13! Перемещаясь в точку, где сейчас находится наша база, я могу появиться где угодно. Как-то раз меня занесло в Марианскую впадину, - он весело усмехнулся, - хорошо, что мой дух в принципе не убиваем. А вот в другие города и местности, если они более-менее соответствуют нынешней действительности, попадаю без проблем.

– Значит, получается, что Сибирь 13 изменилась, так?

– Возможно, - пожал плечами Владимир, - а может опять же кто-то закрывает мне доступ не только к отрезкам времени, но и территориям.

– Как все сложно!
– покачала я головой.

– О да, - согласился Владимир.
– Нам еще столько нужно узнать о эксрасенсорике и многому научиться. Трех жизней не хватит, - произнес он с грустью в голосе.

– Поэтому ты и согласился участвовать в проекте, ради мнимого бессмертия?

– Да, объединив наши сознания мы станем сильнее, а аппараты ученых позволят нашим телам впасть в кому на многие столетия, - вдохновлено произнес Владимир.

– Но ты же понимаешь, что у ОИПЭ может ничего не получиться?

– Понимаю, но даже маленький шанс на удачное завершение повышает мою волю к жизни, а умирать мне еще пока что рано.

– Да, мы дрожим от страха перед смертью,

И дорожим своею бренной жизнью.

Увы, нам безразлична и свет, и тьма,

И жаль, но вечность дороже, чем душа.

Никто не ждет от нас не капли добра,

Но все знают, что не причиним и зла.

Повелевать я буду их судьбою,

Не быть им больше никогда собою.
– Я процитировала стихотворение одного своего хорошего знакомого.

Да ОИПЭ знало, что предложить нам - старым экстрасенсам, да и молодым тоже. Впрочем, не все из нас согласились участвовать именно по этой причине. Кому-то угрожали, кому-то заплатили, а кому-то помогли.

– Знаешь что Зой, пошли прогульнемся?

Мы отнесли подносы с пустой посудой к мойке, и вышли из столовой. Сейчас мы находились на пятом уровне, отведенном под жилые помещения, как впрочем, и четвертый. На первом уровне находился пост охраны и часть служебных помещений, на втором - отделение карантина и обеззараживания, на третьем лечебные отделения. Центральный уровень - сердце базы - термоядерная электростанция. Восьмой уровень: лаборатории и полигоны для обучения экстрасенсов. Что на следующих пяти уровнях я знала только в общих чертах, и еще ни разу там не была.

– Может к Анне Петровне, - предложила я.
– Она обещала угостить замечательным домашним чайком.

– Интересно и где она его достает?
– засомневался Виктор.

– Может кто из наших помог.

– Да, среди экстрасенсов хватает неординарных личностей, - улыбнулся Виктор, а после и я.

* * * * * *

– Здравствуй Алексей, - в кабинете на двенадцатом уровне зашел старший офицер лет сорока.

Алексей Петрович встал, подошел к мужчине, за десять лет дослужившегося до подполковника, и поздоровался с ним за руку:

– Здравствуй Юра. Просто так или по делу зашел?

– По делу я. Опять экстрасенсы порядок нарушают, уже не знаю, что с этим делать.

– И как на этот раз?
– удивленно поднял брови старший исследователь ОИПЭ.

– Анна Петровна домашний чай заваривает и готовит блинчики, да булочки разные, чуть ли не каждый день. Но ладно черт с этим. Она и самогон, кстати, отменный, умудрилась где-то достать!
– растеряно произнес Юрий.
– Теперь все экстрасенсы дружно ходят к ней на чаепитие и не только. Но ладно бы только они, я так подозреваю, что у нее в гостях побывало уже половина персонала базы.

– Мда, - замялся Алексей.
– Надо бы сходить к ней.

– Сходите, поговорите! Не понимает она меня, - с обидой в голосе пожаловался подполковник.
– Знает ведь, что редко пью, в свободное время, но не на работе! Так нет же, заставила попробовать. А потом пытала: "Понравилось али нет?"; конечно, понравилось, я такой самогон в жизни не пробовал!

– Юр, ты рекламируешь или осуждаешь ее?
– усмехнулся Алексей, покачав головой.

– Э-э-э...

– Ладно, не придумывай отговорки, - отмахнулся Алексей.
– Давай до нее вдвоем дойдем, да попробуем серьезно ей объяснить, что всем этим она подрывает режим базы.