И тут взгляд игрока упал на Тавию. Внешне спокойную, но кипящую от негодования.

Тавия не собиралась допускать, чтобы это преступление сошло Джайдору с рук. В отличие от других личностей, живущих на грани закона, — да и самого Лэндо, в определенные дни, — она не совсем утратила чувство справедливости.

Тем более что вину за убийство могли свалить на ее сестру.

Лэндо расправил плечи. В самом деле, жаль, что сегодня не один из тех «определенных» дней.

— Ладно, — сказал он, обращаясь к Зербе. — Иди. — Повернувшись к Тавии, он приподнял брови: — Так как его можно изобличить?

Балосар, успевший сделать два шага в направлении двери, остановился с недоуменным видом:

— Ты это о чем?

— О том, как уличить Джайдора в преступлении, — сказал Лэндо. — Тавия?

— Ключ ко всему — новая программа в доме леди Ванк. — Девушка задумчиво прищурилась. — Если я сумею разобраться, что натворил программист, возможно, удастся найти и его самого. Тогда у нас появится улика.

— И мы сможем натравить на него полицию. — Бинк покосилась на сестру. Все еще сомневается, не лучше ли будет все-таки сделать ноги, подумал Лэндо. — Если у него хватит мозгов, то он сдаст босса.

— Это уже кое-что, — сказал Калриссиан. — Что тебе для этого нужно?

— Прежде всего, время, — ответила Тавия. — Если Бинк не ошиблась насчет дроидов, мы без проблем попадем в дом. Но чтобы проникнуть в систему, понадобится время.

— Жаль, нет Рашель Ри, — пробормотала Бинк. — Она бы взломала ее в два счета.

— Но ее здесь нет, — немного сварливо возразила Тавия. — Надо просто как-нибудь затянуть турнир.

— Можно позвонить и сказать, что в зале бомба, — предложила Бинк. — У Джайдора масса врагов. Можно даже приплести повстанцев — тогда все имперцы в системе гарантированно возбудятся.

— Не пори чепухи, — пробурчал Зерба, усаживаясь обратно в кресло. — Затянуть игру можно только одним способом: устроить так, чтобы никто долго не выигрывал.

Лэндо окинул его оценивающим взглядом.

— Ты имеешь в виду, дать им бой?

— Или немного помухлевать в пользу тех, кто проигрывает. — Зерба театрально вздохнул. — И поскольку — без обид — я сомневаюсь, что ты как шулер хоть чего-то стоишь, мне придется взять это на себя.

Бинк положила руку на плечо балосара.

— Спасибо, Зерба, — тихо промолвила она.

— Да-да, всегда пожалуйста, — кисло отозвался тот. — Главная игра начинается завтра в пять вечера. Я так понимаю, вы до этого времени не успеете?

Тавия покачала головой:

— Для начала мне надо найти планшет с нужной прошивкой.

— И я знаю, где его можно поискать, — вставила Бинк. — Но это займет большую часть дня, а возвращаться в дом до темноты я не хочу, слишком рискованно. Так что мы будем там где-то через полчаса после того, как вы начнете.

— Вы сможете затянуть игру на полчаса? — спросила Тавия.

— Без проблем, — заверил ее Зерба.

— Учитывая калибр игроков, она и без нашей помощи затянется часов на шесть, — прибавил Лэндо. — Похоже, у нас есть план.

— Точно, — проворчал Зерба. — Как же нам повезло.

* * *

Игроки собрались за столом ровно в пять, после очередного грандиозного явления Джайдора, который прошествовал к подиуму и поставил «Тчина» в центре стола. Лэндо, два дня изучавший статуэтку из разных концов зала, решил, что вблизи она выглядит не так уж внушительно.

Возможно, он просто больше не мог смотреть на «Тчина» и не видеть пятен крови. А может, дело было в двойном кольце охранников, которые теперь окружали не только статуэтку, но и самого Лэндо.

К счастью, все они стояли спиной к нему. Уже хлеб.

Джайдор произнес типичную речь устроителя турнира, пожелав участникам удачи. Затем он уселся в кресло судьи, и игра началась.

Как Лэндо уже успел заметить, его партнеры по столу были одними из лучших в Галактике. Почти все из главной шестерки были сильнее его и прекрасно это знали. Не раз он замечал направленный на него или Зербу скользящий взгляд, в котором читалось: «Что эти дилетанты делают в нашем обществе?». «Хорошо, что я больше не стараюсь победить», — подумал Калриссиан.

Но остальные старались, и рубка была жестокой, как и следовало ожидать. Игра шла настолько ровно, что только через два часа Лэндо начал замечать нечто странное.

Один из игроков — родианец с резким лицом, которого звали Менсант, — повадился выигрывать раз в несколько раундов. Если конкретно, то каждый восьмой раунд и несколько других в придачу.

Логичнее всего было предположить, что родианец жульничает. Проблема заключалась в том, что выигрывал он не с теми картами, которые сдавал сам. Это происходило в тех раундах, когда сдавал некто Фрамп, человек с непроницаемым лицом.