– Пригласишь на чай?
– спросила она, и было ясно, что интересует ее вовсе не чай.

– Конечно, - кивнула Кэрол, уже морально готовясь к предстоящим нотациям и жалея, что рядом нет Андреа.

Уж она бы точно нашлась, чем ответить Лори. Пошутила бы, отмахнулась бы беспечно и заявила бы Кэрол, что она молодец. Во всем, кроме того, что до сих пор не затащила Диксона в постель и что не ушла от Эда давным-давно. Но Андреа рядом не было, а сама Кэрол хоть и могла все это сказать, но только до сих пор боялась. Кому угодно. Даже близкой подруге.

Накормив детей обедом, они обе, не сговариваясь, взяли свои чашки с чаем и переместились в гостиную. Лори подняла на Кэрол тяжелый взгляд, наверное, ожидая каких-то оправданий. Но говорить ничего не хотелось. Если подруге хочется обсуждать все это, то пусть сама и начинает. А Кэрол все равно.

– Мне всегда очень неловко заводить такие разговоры. Даже с тобой. Хотя, наверное, я с тобой единственной и стала бы о таком разговаривать. Хотя бы потому, что мне не все равно, как ты… - вздохнула Лори, собираясь с мыслями.
– Я ведь помню, как я сама реагировала, когда со мной о подобном пытались поговорить. Но и промолчать я не могу. Даже не имею права с учетом того, что я была на твоем месте и совсем недавно.

– Все совсем не так, - мотнула головой Кэрол.
– Ты утром ушла и не выслушала меня. Между нами ничего не было. У нас не было секса. Мы не целовались. Мы просто говорили, я уснула на диване. Он на кресле. Вот и все. Мы просто слишком устали. Это ничего не значит.

– Я понимаю, что у вас ничего не было. По вам видно, - улыбнулась подруга печально.
– Но ты так сразу не отрицай, что наши ситуации не похожи. У тебя пропал муж и, скорей всего, он, прости, мертв. Во всяком случае, именно это говорят его друзья. Они не верят в то, что он выжил. А рядом есть мужчина. Друг. Который и принес тебе, наверное, вчера печальную весть. Который остался рядом. Может быть, обнял?
– предположила она и, увидев что-то в лице торопливо опустившей глаза Кэрол, кивнула сама себе.
– А потом просто остался рядом. До утра. У меня было ровно так же. Ты же не думаешь, что я в первую ночь после новости о смерти Рика бросилась в объятия Шейна? Хотя, скрывать не буду, я бросилась туда быстро. Слишком быстро. Наверное, потому что и раньше порой поглядывала на него. Запрещала себе эти мысли. Думала, что они вызваны просто скукой, просто обидами на Рика… А потом… Ты сама оглянуться не успеешь, как все завертится…

– Эд может вернуться. Я это понимаю. А Дэрил… он не Шейн, ты ведь знаешь. Он совсем не такой.

– Да! Да, и именно потому, что Дэрил совсем не такой, как Шейн, я тебя в этой ситуации и не понимаю. Ты рискуешь всем. Ты рискуешь семьей и привычной жизнью ради того, кто палец о палец не ударит, чтобы быть вместе с тобой. Чтобы заботиться о тебе, чтобы оберегать тебя и быть рядом. Кэрол, ну подумай сама, это же Диксон. Он не позовет тебя жить в свой дом, у него хватит мозгов. Я, конечно, там ни разу не была, но, думаю, его жилище выглядит так же, как и он сам.

– Там нормально, хотя уборка не помешает, - не подумав, встала на защиту дома Дэрила Кэрол.

– Отлично, ты уже и это знаешь. Что еще? Ты сказала, что между вами этой ночью ничего не было… Но у вас было что-то раньше? Я права? И кто был инициатор? Кэрол, у меня не праздное любопытство. Просто если Диксон, в самом деле, сделал какие-то серьезные шаги тебе навстречу, показал, что у него есть чувства, а не просто привязанность к местной маме всех бедных, несчастных и обездоленных, как тебя однажды в шутку Шейн назвал за твою доброту ко всем подряд, если он предложил что-то конкретное и как-то доказал, что способен на серьезные отношения… Что ж… Я, конечно, предостерегу тебя от поспешных решений, но умою руки. Просто хочу, чтобы ты была счастлива, Кэрол.

– Я понимаю. Понимаю. И, наверное, ты в чем-то права по поводу Дэрила. Но дело в том… дело в том, что даже если не брать в расчет Дэрила, я не очень счастлива с Эдом. И когда я говорю «не очень»…

– Я заметила. Давно уже. Но разве сейчас встретишь семью, прожившую много лет и сохранившую идеальные отношения? Страсть проходит, на смену ей приходит взаимное недовольство. Нет, конечно, есть счастливчики… Были, верней, - хмыкнула Лори.
– Сейчас-то вообще редко встретишь сохранившуюся семью. Но я ведь себя тоже раньше этим оправдывала. Тем, что я несчастна с Риком. И почему-то никогда не задумалась, а счастлив ли он со мной? И это, кстати, тоже много значит. Я тут на днях…

Лори нервно облизала губы, словно сомневаясь, рассказывать или нет, и отвернулась, глядя куда-то в сторону. Кэрол не стала ее торопить, решив, что подруга, если захочет, расскажет тогда, когда подберет нужные слова.

– Я с Шейном разговаривала. Верней, ссорилась. Весь разговор получился криком, можно сказать. Зашла одна к мужу в обед в участок. Его не оказалось. Зато был Шейн. Злой. И я раздраженная. Слово за слово… Я даже не знаю, с чего все началось. Вот сейчас пытаюсь вспомнить и не помню. И я сказала что-то об… Андреа. Что он так быстро опускает руки… Да, ты правильно поняла: я где-то там, в глубине души, несмотря на то, что это было единственно правильным решением ситуации тогда, обиделась на Шейна, что он просто отступил в сторону, когда Рик вернулся. Просто ушел и не попытался ничего сделать. Да, потом он спохватился. Но, - она робко покосилась на Кэрол и махнула рукой.
– Нет, даже если бы он сразу попытался меня удержать, я не согласилась бы, ты не подумай. Но обида почему-то осталась. Ну, вот и высказалась по поводу Андреа с намеком. А он вдруг словно с цепи сорвался: начал перечислять все мои недостатки. И знаешь, их ведь и правда немало. И злюсь я часто, и с Карлом мало занимаюсь, и готовлю отвратительно. И ведь Рик всегда ел и хвалил. Все эти годы! Улыбался и все ел! Я думала, что мне только кажется, что все не так уж вкусно. А Шейн сказал, будто Рик чуть ли не давится всем этим. Как и он сам. Вот только Рик молчал все пятнадцать лет, что мы вместе. Ни в одной ссоре не упоминал все это. А Шейн… Я после полночи не спала и думала. И знаешь, я всю жизнь винила в том, что у нас не ладится брак, именно Рика. И почему-то не думала, что я сама точно так же влияю на наши отношения, как и он. Точно так же негативно порой.

– Лори, я понимаю, о чем ты, но… - вздохнула Кэрол, которая все отлично понимала и не раз задумывалась о том, что у Эда, в самом деле, есть поводы злиться на нее.

Она была образцово-показательной женой. Но лишь внешне. А вот любви, страсти, желания никогда не ощущала. Потому и надраивала ежедневно дом до блеска, потому и готовила так хорошо, потому и покорялась всегда и всему. Просто чувствовала вину за свою холодность. За то, что она живет с Эдом поначалу из чувства благодарности за то, что он ее вообще взял, можно сказать, с улицы, а потом из чувства безысходности, не желая вновь возвращаться на эту самую улицу.