***

— Правда или действие?

— Правда.

— У тебя есть мечта?

— Мечта какого рода?

— Самое дурацкое желание, какое ты хотела бы воплотить в жизнь, но оно казалось тебе глупым или постыдным.

Вайолет запрокинула голову, обдумывая ответ. Ей хотелось крикнуть от дикого счастья, от эйфории, захлестывающей, словно волны. Ее никогда о таком не спрашивали, и как же было приятно наконец-то прочувствовать это. Почувствовать, что тебя спрашивают о твоих маленьких секретах.

— Всегда хотела остаться на ночь в старинном замке. Ну знаешь, как на тех экскурсиях с ночевкой, что так распространены в Англии. Мечтала тайком улизнуть из комнаты посреди ночи, побродить по мрачным холодным коридорам и, может быть, даже найти подземный ход.

Тейт улыбнулся. Желание такое волшебное и невинное, сказочное, словно они в чудесной истории детского писателя. Не то, чтобы он ожидал услышать исповедь о тайных желаниях, включающих наручники и отсутствие нижнего белья, но и такой легковыполнимой мечты он не предвидел.

— Правда или действие? — начала Вайолет, откидывая с лица пряди свежевымытых и высохших волос.

— Правда.

— Ты когда-нибудь воровал?

— Да. В Чикаго. Сбегал с уроков и таскал газировку и батарейки.

— Для какой-то конкретной цели?

— Просто так, назло учителям. Хотелось их позлить. А ты?

Вайолет улыбнулась.

— Да. Знаешь такие мармеладные цветные бобы? Их еще в длинных маленьких тубах продавали. С наклейками под крышкой, — девушка снова улыбнулась, видя оживленные кивания блондина. — Так вот, родители не покупали мне эти конфетки в детстве, и я иногда таскала их из уличных киосков и супермаркетов.

На губах юноши играла трогательная улыбка.

— Что ж, нарушительница закона, Правда или действие?

Девушка прыснула со смеху.

— Правда.

— Твой первый поцелуй? — задав вопрос, Тейт глотнул из стакана, готовясь к ответу. Вайолет передернуло. Какое-то время ее мозг искал подходящий ответ, прокручивал возможные шуточки, дабы обойти эту тему. Тейт напрягся. Не молчи! Скажи что-нибудь! — крутилось в его голове. В конце концов, Вайолет лишь подняла свой стакан, сделав один большой глоток. Терпкая жидкость оставила ощущение сухости в гортани, и Вайолет скривилась, откашливаясь, утирая губы тыльной стороной ладони. Тейт усмехнулся. Даже если в правилах игры значилось «Не хочешь отвечать — пей», это никак не отменяло негласного правила «Пей, если тебе стыдно за свой ответ».

— Правда или действие? — как ни в чем не бывало продолжила Вайолет.

— Правда.

— Любимый фильм?

— «Карты, деньги, два ствола». Правда или действие?

— Правда.

— А твой?

— «Фрэнсис». Правда или действие?

— Правда.

— Ты когда-нибудь был влюблен?
– да, в голове этот вопрос звучал не так устрашающе. Зачем было это спрашивать? Какой смысл затрагивать личные темы, если сама она их избегает? К горлу медленно подступала тошнота.

Словно хитрый лис, Тейт склонил голову.

— Сексуальное влечение считается?

— Нет.

— Тогда нет, не был. А ты?

— Ты не сказал Правда или действие.

— Правда или действие?

— Действие!

Блондин лукаво улыбнулся, поглаживая большим пальцем нижнюю губу, качнув головой в сторону стакана. Что ж, не такая уж и огромная плата за увиливание от ответа. Вайолет сделала два больших глотка, несколько капель скатились по стеклу посуды, капнув на край свитра.

— Я все равно хотела пить, — заверила та, ясно читая на лице юноши игривый победный настрой. Тот картинно закивал.

— Включи на айподе самую мейнстримную песню, которая подходит к этому моменту.

Вайолет стушевалась. Утерев пальцем каплю в уголке губ, она поднялась, проигнорировав затекшие конечности, оперлась о комод и принялась крутить колесико плеера.

— Только ничем в меня не кидайся, — предупредила та. Тейт засмеялся.

— Я же сам просил самую заезженную композицию.

— Хочешь посмотреть, что я считаю мейнстримом?

— Нет, мне интересно какие сейчас ассоциации в твоей голове.

Вайолет выдохнула. От лампы исходило тепло, а может это лишь вино в крови играло. Палец остановился на одном из треков.

From the bottom of your heart

The relegation zone

Вайолет развернулась к Тейту с выражением лица а-ля «Довольна ли твоя душенька?», блондин откинул голову на перекладины изножья и широко улыбнулся. О, этот товарищ определенно доволен.

So we all go back to yours and you sit and talk to me on the floor

Пока лились слова песни, все молчали. Вайолет уселась обратно, поглядывая на юношу из-под ресниц, Тейт выглядел нанюхавшимся опиатов: улыбка по непонятной причине и странный блеск в глазах, словно его вдруг посетил предпраздничный дух и до неприличия осчастливил.