– Любите старое кино? – медсестра подняла на нее заинтересованный взгляд.

Молли, не ожидавшая вопросов от незнакомого человека, что-то промямлила. Блондинка в ответ протянула ей тонкую брошюру:

– Ретроспектива шестидесятых. Пек или Грант?

– «Убить пересмешника», однозначно, - принимая игру, ответила Молли.

Их окрестили «странной парочкой». Слегка застенчивая, словно неловкий подросток, исполнительная Молли Хупер и нахальная, небрежная в работе, но обаятельная Эмили Шоу.

При всей своей видимой неразлучности, Эмми и Молли нельзя было с полной уверенностью назвать подругами. Скорее единомышленницы, пламенно увлеченные стилистикой старого кино, модой двадцатых, Киллианом Мерфи и еще двумя десятками совпавших к общему удивлению интересов.

Их разговоры практически никогда не выходили за рамки обсуждения вещей, не касающихся их личной жизни.

Эмми не интересовало, кому с такой тщательностью патологоанатом готовит кофе на общей кухне.

Молли молчала о своих подозрениях, что брак Эмили – хладнокровный расчет. Приятельница вышла замуж за издателя Йена Кертиса, который был старше ее на двадцать пять лет, и уволилась из Бартса, полностью погрузившись в мир антиквариата и ретро - вещей.

В те редкие моменты, когда одна из них в ходе беседы касалась края частной жизни другой, Молли и вовсе удивлялась, что она делает в обществе этой бессердечной особы. Как-то она осторожно обмолвилась о высоком брюнете, которому дали карт-бланш на пользование лабораторией. Эмми посоветовала ей обратить внимание на завотделением Торреса.

– Брось дуться, Хупер, - пожимала плечами Эмили, - можно заставить себя полюбить кого угодно(1). Особенно если этот кто-то уже готов.

– Воображаешь себя Холли Голайтли?

– Угу, только не сиропной визуализацией Хепберн, а книжной.

Рынок в Портобелло – бог знает, сколько раз Эмми таскала ее сюда. Поиски нужной вещи в этом месте похожи на работу старателя – нужно долго и кропотливо копаться в настоящем хламе, чтобы наткнуться на настоящее золото.

Когда Молли выскользнула из нутра кэба, галерея и прилегающие к ней улочки были заполнены людьми. Туристы и любители старины, образуя общую толпу, двигались вдоль дорогих магазинчиков и лотков уличных торговцев.

Однажды с такого лотка Молли купила старинные часы на цепочке, чтобы позже завернуть в бумагу, созвучную цвету ее помады.

Быстро лавируя среди гуляющих, Молли спустилась вниз по лестнице и вошла в кафе, где пол все еще посыпали опилками, словно преодолев несколько ступенек, она оказалась в сороковых.

Эмми сидела за маленьким столиком у стены, едва разместив на нем два высоких стакана с кофе – разумеется, белым – развернутую газету и несколько, очевидно только что купленных, кулонов и ниточек бус.

– Только посмотрите, - она приподнялась, чтобы приобнять Молли, - милосердная Хупер. Ты вовремя, кофе не успел остыть.

– Боже, руки у тебя просто ледяные, - вздрогнула от прикосновений Молли.

– Утро выдалось холодным, - Эмми отпила из стакана и недовольно поморщилась, - сегодня все имеет какой-то гадкий металлический привкус.

Молли попробовала свой напиток – такой горячий, что обжигает нёбо – и ответила:

– Дело не в кофе. С тобой все в порядке?

– О, мисс Хупер, да, я в порядке, в полном, - Эмми рассмеялась.
– Я молодая вдова с солидным приданым и роскошным будущим.

– Йен умер?
– не скрывая потрясения от цинизма, с которым была преподнесена новость, огорчилась Молли. Она видела мужа Эмили всего пару раз, и он произвел на нее самое приятное впечатление.

Правая рука Эмми вдруг дернулась, и она едва не выпустила свой стакан. Бумажный сосуд качнулся, окропив мутной жидкостью газету.

– Черт! – женщина вскочила, но тут же пошатнулась и, хватаясь за голову, осела на пол.

***

Инспектора Скотланд-Ярда и двух его сопровождающих у входа в кафе встретил молодой патрульный, прибывший одновременно с медиками.

– Полицию вызвали посетители. Жертва - женщина, около тридцати, постоянная посетительница. Хозяин заведения ее хорошо знал, поэтому и заподозрил неладное. На здоровье она никогда не жаловалась, возможно отравление, - все это он произнес, спускаясь по лестнице, попеременно переводя взгляд на каждого из троих.

– Молли?
– Джон остановился на нижней ступеньке, удивленно глядя на Хупер, сидевшую в середине зала, подальше от тела, вокруг которого суетились эксперты.

Шерлок, оценивший ситуацию гораздо быстрее, резко повернулся к патрульному: