– Не знала, что тебе нравятся дамочки старше тебя, - хмыкает Николь.

Том криво улыбается:

– Только не такие. Эта слишком бледная.

Через пять минут они уже сидят в гостиной, где заботливая бабушка Тома уже накрыла стол для чаепития и деликатно удалилась в свою комнату.

– Я приходил в больницу, но меня не пустили в палату.
– Том помешивает сахар в чашке, смотрит на собеседницу исподлобья. Ник вздыхает. Печенье в ее руках ломается и кусочки падают на скатерть.

– Я была там недолго. На следующий день перевели на «домашнюю реабилитацию». Я снова живу с родителями. Еще меня на две недели отстранили от работы, - она морщится, сжимает пальцы и печенье окончательно рассыпается в крошки.
– Папа настаивает на том, чтобы я срочно перешла в судебные секретари… а Холмсу за мое спасение он пообещал негласное покровительство. Если бы Салли знала. Кстати, она сказала, вы крупно поругались с ним прямо на месте моего обнаружения? Вернее, что ты схватил Холмса за полы пальто и хорошенько встряхнул, - с сомнением качает головой Ник, показывая как мало она доверяет словам сержанта Донован.

Том молча собирает подушечкой пальца крошки со скатерти. Его расстраивает то, что Николь не готова делится с ним пережитым, но собственные эмоции, какими бы мелкими по сравнению с этим они не были, требуют выхода.

– Можешь звать его моим отцом.

Ее глаза недоуменно округляются под взлетевшими к челке бровями. Том подробно рассказывает о случившемся, уперев взгляд в остывающий чай. Ник выдает крепкое ругательство, когда он доходит до места, где выяснилось, что детектив заранее знал о том, где может находится пленница, но после окончания истории над столом повисает тишина.

– Разве ты не рад?
– робко спрашивает она по прошествии пары минут.
– Он конечно не образец морали, черт, да он просто придурок — так поступить с тобой и так оповестить о вашем родстве, но… - Ник начинает нервно теребить бумажную салфетку.
– Мне казалось вы нашли общий язык и ты был счастлив получать его уроки… - она замолкает, спотыкаясь о ледяной взгляд его голубых глаз.

– Он даже объявить нормально об этом не смог. Выстроил несложную логическую цепочку. Такую, чтобы даже я догадался, - ядовито тянет Том.
– Видимо так велико было разочарование от отпрыска…

– Нет, это все странно, - Николь подпирает подбородок рукой.
– У него же было столько времени, чтобы сообщить тебе. А он выбрал ситуацию, явно выходящую за рамки обычной; момент, когда ты был менее всего эмоционально расположен к этому. Сколько вы не виделись до этого?

– Неделю?
– Том дергает плечами. Ему не нравится какой ход приобретает беседа: оправдательный.

– Ты говорил об этом с кем-нибудь еще?

– Конечно, - он вскакивает с места и начинает ходить по комнате.
– Спросил маму утром, когда приволок ноги домой после той жуткой ночи. Хотя это сложно назвать разговором. Я спросил, она ответила «да». Потом мне просто хотелось лечь в постель и проспать тысячу лет.

– И ты… не поинтересовался, как так вышло?
– Николь накручивает локон на палец. Том сердито фыркнул.

– Как ты себе это представляешь? Спросить почему папочка-гений бросил нас?

– Но они оба были так молоды…Моложе меня, - взгляд Ник направлен куда-то мимо Тома, будто она пытается представить как выглядели Шерлок и мисс Хупер семнадцать лет назад. Юноша отворачивается к камину, на полке которого расставлены фотографии его семьи. Он вспоминает разговор полугодичной давности — это ведь Ник подбила его разгадать загадку фонда «ТВХ». И зачем спрашивается?.. Боль, обида и сплошная злость — вот что он обрел в итоге. «Вернее, отгреб», - мрачно думает он, когда требовательный голос Николь просит его вернутся к столу.

– Похоже внутренние переживания и правда мешают тебе связно думать, - строго говорит она, когда Том вновь садится напротив. Юноша не успевает среагировать на это неприятное замечание, когда Ник добавляет вопрос: - Ты помнишь вашу первую встречу с Шерлоком Холмсом?

– Я придумал скучнейшее развлечение — пройти в Бартс под видом студента. Я рассказывал, - Том отхлебывает чай, не зная куда ведет его собеседница.

– Да, я помню, - нетерпеливо подгоняет его она.
– Холмс прочел тебя, не так ли? То, что ты школьник, подделавший пропуск. Но он не увидел главного, ты помнишь?

Том давится куском печенья, закашливается. Перед глазами плывет картинка — детектив спрашивает о родственной связи с «доктором Хупер». И удовлетворяется ложью о племяннике. Он и правда не знал?..Как можно не знать о собственном сыне? А если знал, к чему весь этот фарс?

– Ты должен поговорить с ними. С родителями, - твердо произносит Николь.

========== Часть 18 ==========

– Здесь, - Шерлок стучит по разделительному стеклу, показывая таксисту, где остановиться.

– Но мы еще не доехали, - Джон стряхивает мягкое ощущение сонливости. Напряженные поиски Пита Риколетти украли у него положенные восемь часов на сон. Финальная операция прошла успешно, и теперь доктору хотелось нормально поесть, принять душ и отвоевать свое право на свидание с подушкой.